Книга Из Сибири, с любовью, страница 59 – Лана Норд

Я выдержу, ведь так?

— Ну что же ты стоишь, — подбадривает мать, — поторапливайся.

Я беру себя в руки, и мы заходим в здание.

В фойе много народа.

Я сразу вижу Сергея Ивановича и красивую женщинурядом с ним, вероятно, маму Вики.

Не в силах проникать в самую гущу толпы, прислоняюсь к колонне немного в стороне и жду. Секунды складываются в минуты, а Вики всё нет.

Наконец дверь распахивается, и на её пороге появляется Вика.

Она немного взволнована, улыбка получается нервной, но несмотря на всё это она прекрасна.

Минуту я любуюсь ей.

Она, словно почувствовав мой взгляд, начинает глазами тревожно обшаривать толпу и наконец натыкается на меня. Я вижу её потрясение, недоверие и что-то ещё, но понять, что это, не успеваю...

Потому что акушерка выносит маленький розовый кулёчек, а следом... другая акушерка выносит кулёчек, похожий на первый как две капли воды.

В горле моментально пересыхает, я судорожно сглатываю слюну. Я будто в каком-то нереальном сне.

Я не совсем готов к одной дочери, а у меня их две?..

Ладони немеют, пульс шарашит как отбойный молоток. Я не замечаю, как роняю букет.

А перед глазами маленькая девочка, тянет ко мне свои ручки и заливисто смеётся.

Не осознавая, что делаю, я отступаю на шаг назад, а потом ещё на шаг...

Не отдавая себе отчёт, оказываюсь на улице, и бегу, бегу, сам не ведая куда, а в голове без конца звучит звонкий голосок:

— Я люблю тебя, папочка, я так тебя люблю...

(От лица Виктории)

После неожиданного побега Макара, торжество по случаю выписки теряет свои яркие краски. Я даже не успеваю, что-то понять, как его уже нет. Я даже начинаю сомневаться в своём душевном здоровье. Может, мне всё это привиделось?

Сначала у меня промелькнула шальная мысль, может, Макар всё осознал? Может, понял, что любит и не представляет своей жизни без нас?

Но, похоже, ошиблась.

Окружающие продолжают наперебой поздравлять меня, и, несмотря на разбитое внутреннее состояние, приходится делать вид, что я в восторге от всего происходящего. Хотя на самом деле после этой нелепой ситуации больше всего мне хочется оказаться в тишине своей квартиры и всё спокойно обдумать.

Наконец, ряды поздравляющих людей редеют, мы выходим на улицу, и рассаживаемся по машинам. Далее предполагается небольшой праздничный фуршет для пришедших поздравить. Но мне не до него.

— Папа, — обращаюсь я к отцу, — отвези нас домой, а? Вы ведь справитесь и без меня. Я так устала.

Отец смотрит на меня с сочувствием.

— Ты расстроилась из-за этого подлеца? — Чёрт! Он тоже заметил Макара. — Прости, это я виноват.

Удивлённо смотрю на отца.

— Ты? Но в чём твоя вина?

— Макар был у меня. Клялся и божился, что любит и всё осознал. И я, старый дурак, поверил, — он сокрушённо потирает переносицу. — Это я сообщил ему о выписке, — он с тревогой ждёт моей реакции на признание.

Пожимаю плечами.

— Может, он передумал или испугался двойной ответственности. В любом случае, он сбежал, и продолжать этот разговор бессмысленно. Так что, ты отвезёшь нас домой?

Отец кивает.

— Ты знаешь, что я люблю тебя? — шепчет он еле слышно.

— Конечно, пап, и я тебя тоже.

Следующая неделя тянется бесконечно. Мне даже некогда думать о Макаре и его странном поведении. Я полностью погружаюсь в заботу о детях. Заботиться о близнецах, оказывается совсем непросто. Несмотря на помощь родителей, к концу недели я похожа на растрёпанную метёлку.