Книга Рай, которого не ждала, страница 51 – Лана Норд

— Нет, только не это! Господи, спаси мою малышку, — лихорадочно причитала я, пытаясь дотянуться до телефона.

Приехала скорая, было решено госпитализировать меня в больницу. Врачи сделали мне укол и аккуратно, поддерживая под руки, помогли сесть в карету скорой помощи.

В больнице меня сразу осмотрел врач.

А потом я очутилась в палате. Всё было, как во сне, боль и резь не проходили. Я просила только об одном: чтобы Господь не лишал меня моей долгожданной малышки. У меня взяли анализы, поставили капельницу, боль начала постепенно угасать.

Примерно через час ко мне пришёл врач:

— Карина, как ваше самочувствие? — внимательно глядя на меня из-под очков, спросил он.

— Мне стало лучше, живот почти не болит, только тянет, — еле слышно прошептала я. От ужаса и страха за ребенка в горле будто стоял ком. — Скажите, что со мной происходит? Я не потеряю ребенка?

— Пока точно сказать я не могу, — сказал врач, — нужно дождаться анализов. Но то, что я успел заметить, — это сильнейший тонус матки.Срок ещё совсем маленький, но роды могут начаться в любую минуту. Наша задача не допускать как можно дольше процесс родоразрешения, вы должны круглосуточно быть под наблюдением. Я оставляю вас в больнице, а вы должны постараться не нервничать, соблюдать постельный режим и выполнять все мои указания. Будем надеяться на благоприятный результат. А теперь вам нужно постараться поспать. До завтра.

Врач ушёл.

Меня трясло словно в лихорадке, я пыталась успокоить себя и мысленно разговаривала с малышкой.

Умоляла её подождать, не появляться на свет так рано, говорила, как сильно её люблю, что она смысл всей моей жизни.

Вскоре, под действием лекарств, мои веки отяжелели, и я погрузилась в беспокойный сон.

Вот уже две недели я лежала на сохранение в больнице.

Настроение моё немного улучшилось, я поверила в то, что смогу доносить дочку до безопасного срока. Меня поддерживала тётя Лена: приходила в больницу, приносила всякие вкусности, пыталась развеселить, настраивала на то, что всё будет хорошо. Иногда мне звонила Мария Петровна, тоже спрашивала о моём самочувствии и поддерживала меня.

Через пятнадцать дней госпитализации, ко мне в палату зашёл врач:

— Анализы плохие, — сообщил он, — нужно готовиться к родам, срок почти семь месяцев. Конечно, риски присутствуют, но дальше ждать нельзя, это опасно для ребёнка.

Я такого поворота событий не ожидала и начала волноваться:

— У меня будут естественные роды? — спросила я.

Врач покачал головой:

— Нет, только кесарево сечение. Думаю, через пару часов и начнём. Готовьтесь. — И он вышел.

От этой новости меня начало потряхивать, я очень переживала за исход операции и здоровье малышки.

Со мной произвели нужные манипуляции, необходимые для начала кесарева и повели в операционную.

От волнения я слабо запомнила, что происходило дальше. Мне ввели анестезию, привязали руки и ноги, подключили кучу мониторов и датчиков.

Операция началась.

Я не чувствовала нижнюю часть своего тела и не видела его за перегородкой. Не знаю, сколько прошло времени, но по разговорам врачей я поняла, что операция подошла к концу.

Я ожидала, услышать плач ребёнка, что мне вот-вот приложат его к груди, но время шло, а этого не происходило.

Тревога начала разрастаться внутри меня — что-то было не так. Врачи тихонько переговаривались, поднялась суматоха, а меня все упорно игнорировали, как будто я здесь не присутствовала.