Онлайн книга «Те, кого ты предал»
|
Как? Как это было возможно?.. Подрагивающими пальцами я быстро перебрала оставшиеся бумаги, выискивая среди них какое-нибудь объяснение… Но его не было. Ничего не было, кроме осознания: он и в этом мне солгал. Хотя обещал… Обещал! Но, видимо, ни одно его слово не стоило ни малейшей крохи моей веры. Глава 8 Одиннадцать с половиной лет назад — Насть! Настюш! Голос Саши, донёсшийся из прихожей, казался радостным и возбуждённым. — Я тут! На кухне! — отозвалась, невольно заражаясь от него теми же эмоциями, хотя и не зная их причины. Он ворвался в кухню сумасшедшим ураганом. Подхватил меня на руки, хотя это было сейчас не так-то и легко, закружил, счастливо смеясь… — Аккуратнее! — предупредила сквозь смех, который сам по себе вырвался наружу. Саша буквально сиял. Глаза его светились, как два чёрных топаза, а улыбка была такой широкой, такой непосредственной, что невозможно было не улыбаться ему в ответ. — Что случилось-то? — спросила, когда он поставил меня обратно на пол и с нежностью пригладила его растрепавшиеся тёмные волосы. Невольно залюбовалась им, как и всегда. Честно говоря, до сих пор не верилось, что он вообще обратил на меня внимание. Это даже сейчас, когда мы жили вместе, было для меня чем-то сродни… чуду. А в чудеса я до него никогда не верила. — Мама дарит нам квартиру! — выпалил он буквально скороговоркой, а я застыла, неуверенная в том, что все верно расслышала. А Саша вдруг смутился. Потупил взгляд, словно ему было неловко на меня смотреть, негромко пробормотал… — Ну, вернее, официально — только мне… Я аккуратно от него отстранилась, невесело усмехнулась… — Ну, вот это уже больше похоже на правду. Твоя мама меня весьма неприкрыто не любит и вряд ли стала бы дарить квартиру нам обоим. В общем-то, ни её отношение, ни её поведение сюрпризом для меня не были. Елена Анатольевна никогда не скрывала, что считает меня одной из тех женщин, которым лишь бы сесть мужчине на шею и свесить оттуда ножки. И что я, по её мнению, Саши совсем не стою — она не скрывала тоже. Поэтому подобный поступок был более, чем логичен и предсказуем. И все равно мне стало обидно до кома в горле от того, что меня словно бы вычеркивали, не признавали, всячески указывали мне на то, что я — лишняя. Посторонняя. Чужая. — Настюш… Руки Саши легли мне на плечи, ласково погладили. — Слушай, ты же знаешь, что мама считает, будто у нас с тобой это все… просто баловство. И что мы можем скоро разбежаться, как многие молодые пары, поэтому она хочет меня как-то обезопасить… — Баловство? — переспросила я с горечью. —Саш, я же на пятом месяце! Куда уже серьёзнее? — Да я все понимаю, Настюш… Я невольно всхлипнула, сама удивленная тем, что ситуация так меня ранила. Нет, мне не нужно было чужого — я за этим не гналась, просто хотелось чуть лучшего отношения от той, чьего внука или внучку я носила под сердцем. А не этого открытого пренебрежения ко мне, как ко временному явлению в жизни её прекрасного сына. — А ты… — заговорила сдавленно, — ты тоже считаешь, что мы с тобой можем вскоре разбежаться? В ожидании его ответа я даже забыла, как дышать. Плевать на будущую свекровь, вообще на всех плевать, если только я ему действительно нужна. Если он меня… любит. Мне так хотелось сейчас слышать эти слова — больше всего на свете! |