Книга Развод. Без сожалений, страница 42 – София Брайт

— А потом что?

— А потом ты даже не подумаешь о побеге, — улыбается он злорадно.

— Откуда такая уверенность?

— Как же ты оставишь младенца? Вряд ли ты захочешь жить отдельно от него, — кажется, что, даже представляя себе такой вариант, он получает истинное удовольствие.

— В смысле? — моргаю, стараясь переварить услышанное. — Ты заберешь у меня ребенка? — от одной мысли об этом по венам струится холодок и приподнимаются волосы.

— Только если ты продолжишь упрямиться.

— Это же бред! И что ты с ним будешь делать? Отдашь Марине? Так у нее будет свой младенец на руках. Зачем ей чужой?

— А это уже не твоя забота, — смотрит на меня надменно.

Я все больше и больше понимаю, что мне нужна помощь. И помощь кого-то с хорошими связями. Такого человека, который мог бы своим авторитетом задавить Егора.

Но пока я могу надеяться только на адвоката и суд. Заявление мной подписано, и остается ждать начала разбирательства.

Когда нас разведет суд, у Исаева не останется другого варианта, кроме как принять его решение.

— Надеюсь, этот вопрос решен и ты больше его не поднимешь?

От безысходности мне хочется плакать. Исаев пользуется тем, что у него связи, деньги и, в конце концов, физическое преимущество. Но я беру себя в руки и следую к выходу, думая о том, что буду действовать по ситуации.

— Кстати, — усмехается он, — звонил твой адвокат.

Меня охватывает озноб, и учащается пульс.

Тяжело сглатываю и смотрю на мужа.

— И что ты ответил? — в висках пульсирует. Мне кажется, что это начало конца.

— Что тебе нечем оплатить его услуги, — самодовольно отвечает он. — И сегодня у меня с ним назначена встреча.

— Так я и думала, — выходит из машины Ксюха и, словно фурия, летит в нашу сторону, сразу, как только я подхожу к клинике репродуктивной медицины, сопровождаемая мужем и его цербером.

— Привет! — радостно говорю я.

— Исаев, учти, у меня есть видеозапись, где твой охранник насильно уводит Киру, — Ксения игнорирует мое приветствие и смотрит прямо на Егора.

— И что это меняет? — муж сохраняет невозмутимость и даже не снимает солнцезащитные очки, взирая на мою подругу с высоты своего роста.

— Если на ее теле будет обнаружен хоть один синяк, то мы обязательно зафиксируем это в полиции и выдвинем обвинение, — подруга мечет молнии и, кажется, готова перегрызть Исаеву горло.

— Во-первых, кто “мы”? — он наконец-то снимает очки.

Его серые глаза холодные как лед, а на лице ни одной эмоции, как у камня.

— Ты внезапно стала ее адвокатом? — хмурится он. — А во-вторых, это не я насльно тащил ее в машину, — его губы изгибаются в усмешке. — Я и пальцем не тронул жену, разве что совершенно в ином плане.

Я вспыхиваю в возмущении от его похабного намека. Ну что за подонок, а? Хочет выставить меня в глазах подруги слабовольной дурой, которая допустит к телу изменника?

Из-за Егора я чувствую себя виноватой перед Ксюхой, и хочется огреть Исаева по голове чем-то тяжелым. Желательно чугунной сковородкой. Но я вынуждена стоять рядом и слушать его бред.

— Кира, поехали со мной. Он не имеет права удерживать тебя силой, — теперь подруга переводит внимание на меня.

— Ну, Кира, — поворачивается ко мне Егор. — Вперед! Видишь, тебя подруга ждет.

— Хочешь сказать, что ты меня отпускаешь? — чувствую во всем этот подвох и оттого не двигаюсь с места.