Книга Дети от предателя. Он не узнает, страница 28 – София Брайт

Я буквально не спала всю ночь, думая о том, что с ним теперь будет. И как он сам отреагирует на мой поступок.

– Прости, не видел твоего сообщения ночью, – говорит он размеренно.

Впрочем, Майков никогда не был слишком эмоциональным. Поэтому, наверное, рядом с ним мне так спокойно и уютно.

Да, это самое подходящее описание моего состояния с моим теперь уже бывшим начальником.

– Я… – хочу извиниться, но он опережает меня:

– Утром я его тоже не увидел, Лина, – шумно выдыхает.

И вот тут у меня кожу осыпает мурашками от жуткой догадки.

– Нет… – все, что могу произнести.

– Прости… – повторяет он. – С утра посыпались звонки с работы. Надо было срочно устранить кое-какие недочеты, и я, по-честному, забыл пройтись по списку чатов дальше. И посмотрел только что… – снова слышу тяжелый вздох, – после очень напряженной беседы с генеральным.

– Нет… – опять говорю.

– В общем, если бы я прочитал твое сообщение раньше, Лина, то и разговор вышел бы совершенно иным. Прости.

– Что именно ты ему сказал? – меня трясет, и я даже забываю про кашу, которую нужно помешивать, чтобы в ней не образовалось комочков.

Но разве это важно теперь? Теперь, когда все вскрылось и мне снова придется иметь дело с Любимовым и, возможно, с его стервой мамашей. И, конечно же, с отцом, которому совершенно наплевать на сына и его жизнь. Но и он вряд ли оставит без внимания такой яркий момент, как существование двух внучек.

– Мама, – вбегает на кухню Маша, а следом за ней Даша.

Из-за моей бессонной ночи мы прогуливаем садик. Но после встречи с Любимовым я рада, что девочки дома.

Мне важно видеть их, слышать, взаимодействовать с ними и знать, что никто у меня их не отберет.

Ведь я знала, что Глеб не дурак и не поверит в мою сказку про отцовство Майкова. А это означает одно: ему не наплевать.

И это очень плохие для меня новости. Просто ужасные.

– Правду, – прокашливается Иван в динамике.

– Мама!

– Мама! Кусать! – кричат наперебой дочки, обнимая меня за ноги.

– Какую правду, Вань? – прижимаю к себе по очереди светлые головушки, стараясь справиться с ознобом.

– Что мы не вместе и никогда не были. И что… не я отец девочек.

– Боже! – шумно выдыхаю.

– Ты же не сказал ему, кто именно? – внутри все дрожит от напряжения. Еще одно слово, и та опора, что помогала мне не рассыпаться все эти годы, рухнет.

– Нет. Этого не сказал, – по голосу он кажется абсолютно серьезным и собранным.

– Мама! – звенят детские голоса, отвлекая от разговора.

– Спасибо, – вздыхаю облегченно.

Я не думаю, что Глеб не сложил один плюс один. Но этот крохотный шанс, отвадить его от нашей семьи другой правдой, успокаивает меня.

Остается лишь найти мужчину на роль отца для моих дочек, и тогда он отстанет.

А если нет? И потребует сделать ДНК-тест? Как я тогда буду выглядеть в его глазах? Законченной лгуньей? Трусихой? Или идиоткой, неспособной вести себя по-взрослому?

Пока все эти мысли роем жалят меня, я сажаю девчонок на их троны и ставлю перед каждой по тарелке с манной кашей с комочками.

Смотрю на свое варево с сожалением, но малышки больше не станут ждать, когда их мать-неумеха сварит им что-то другое.

Все то время, что кормлю детей, мою посуду и собираю их на прогулку, я напряжена, как струна.

Мне кажется, что в любой момент объявится Любимов и заявит на них свои права.