Книга Тройняшки в подарок, страница 34 – Дина Павлова

Я в нашей компании имею статус звезды, потому что тройня — это тройня. Но помимо меня у нас еще есть интересные девочки. У Алины например четвертый ребенок скоро будет, и все дети от разных мужчин. Думаю она просто идеальный генофонд ищет. А вот у Даши восьмой аборт. Она идеальный генофонд так и не нашла.

В палате я самая младшая. У остальных хватило фантазии не влезать двумя ногами в болотоматеринства сразу после совершеннолетия.

— Опять жрете! — дверь открывается, и в палату заходит дежурный врач, Инна Васильевна.

— Жрем, — киваем. Сложно отрицать очевидные вещи. Тем более времена неспокойные, жить страшно. А ты еще и беременная. И самой прокормиться надо, и детей не оставить! Поэтому как не жрать?

— Время второй час ночи! Если завтра у вас опять будет повышенный сахар в анализах, я все тумбочки буду по пять раз на дню проверять! И заберу все конфеты!

— Не надо, Инна Васильевна, — несколько ноющих голосов.

Без еды в тумбочках будет очень страшно.

— А тебя, Осетрова, завтра взвешивать будем! И не дай бог ты за неделю набрала более семи килограмм.

Молчу. Тут главное чтобы на диету потом не посадили. Но это вряд ли. У них все-таки есть сердце.

На следующее утро контрольное взвешивание, и… Правильно, плюс восемь килограмм. Боже, что я выслушала! И что я жру как корова, и что я умру, и дети умрут, а потом мы все станем инвалидами и умрем еще раз. Я даже попыталась заплакать чтобы показать что я испытываю стресс и меня вообще нельзя запугивать. Но из глаз не удается выжать ни слезинки. Ну плевать мне на их вопли, я же не виновата что мне кушать хочется.

— Ты детей угробишь! — возмущается Инна Васильевна. Еще и показывает пальцем на весы, как будто я их сломала своим весом.

— Не угроблю! У меня все в сиськи ушло, а детям молоко нужно.

Закатывает глаза.

— Осетрова, если еще раз увижу как ты ночью котлеты жрешь… На щеки свои посмотри. На плечах уже лежат.

— Вы мне самооценку не испортите.

— Я тебя посажу на один бульон.

— Не надо! Иначе я умру от голода, и за это ответственность будете нести вы!

Врет она все. Типа ночной зажор во всем виноват. Не виноват. И никакие щеки не лежат на плечах… Или лежат? Видя что я задумалась, Инна Васильевна кивает:

— Вот зеркало над раковиной, посмотри на себя.

— Не буду.

— Будешь!

Врачи и медсестры тут нудные. Ну да, щечки стали чуть больше. Но мне однозначно идет! Или нет? Ладно, меньше жрать так меньше.

Чтоб тебя так внуки на пенсии кормили, как ты меня!

Приходится просить маму чтобы она мне котлеток больше не приносила. А в остальном все продолжается в том же формате. И, наконец решив, что я объедаю всю больницу, меня отправляют обратно домой, со справкой,что я здорова, но много жру. Так что теперь у меня диета, чтобы меня не разнесло. Я долго думаю следовать ли ей. Но, хорошенько подумав, я прихожу к выводу, что если все-таки Игорь повстречается на моем жизненном пути, лучше если он все-таки меня узнает.

Конечно вряд ли я уже буду нимфой, но и коровой стать не охота. Хотя… Толку, если даже мы встретимся? Эх, прабабка, безответственная ты женщина, не могла что ли свободного мужика найти? Не в этой деревне, так в следующей… И сейчас я бы не над учебниками плакала и не на диете бы сидела, а искала свадебное платье. Длинное, с красивым шлейфом.