Книга Тройняшки в подарок, страница 40 – Дина Павлова

— Я и не собираюсь, — фыркает, — Луи оформит ребенка на себя.

Махнув рукой, иду в комнату. Ну что ж. Теперь я свободен. Свободен и одинок.

Глава 25. Диана

Что такое приезд бабушки? Это маленькое стихийное бедствие. Что такое приезд моей бабушки? Это большое стихийное бедствие.

Когда они с матерью вечером переступают порог квартиры, по комнатам уже разносится ароматный запах пирога. По правде, бабушка и учила меня его печь. Все наставляла, что мне это умение определенно понадобится когда я соберусь замуж. И как мы видим, никакой помощи от кулинарных навыков попросту нет. Пирог есть, женихов — ни одного. Можно было и не учиться.

А с другой стороны, может дело в том, что я Игорю как раз таки ничего и не приготовила? С другой стороны, Валере я этот пирог пекла. И чем дело кончилось? Женился на генеральше. И сильно вряд ли что он ее выбрал «желудком». Точнее желудком и выбрал, чтобы жить красиво и жрать в ресторанах!

Что-то до сих пор не могу отпустить ситуацию. Так о чем я? Ясен пень что двух случаев для статистики недостаточно. Однако некоторый вывод все-таки напрашивается: замужество и умение печь пироги никак не связаны. В обоих случаях я осталась с носом.

— Неси сумки в комнату, — командует бабушка, но тут мать аж стеной встает:

— Ты с ума сошла! Она же беременна, нельзя поднимать такие тяжести!

— Поднимать тяжести! А как я тащила в двух руках сумки по пятнадцать килограмм, когда была беременная? Мне значит можно было? А Диана волшебная значит! И потом когда родила, аж пупок вылез таскать эти авоськи! — бабушка возмущается так, как будто я лично ей эти сумки вручала. Но я-то не виновата что в те дремучие времена еще не придумали доставку!

— Мам, раздевайся. Ты наверно проголодалась. Ой, запах какой вкусный, — мама заискивающе улыбается. Вот кому надо было идти в проститутки. И вашим, и нашим, и спляшем.

А вообще всегда так было. Бабку боялись все, начиная от дочери и внучки, заканчивая участковым и продавщицей в ближайшем магазине. Когда бабка выходила во двор, двор пустел. Потому что от одного ее взгляда дети плакали, пьяные трезвели, а беременные рожали.

Это еще хорошо она уступила маме квартиру и поехала абьюзить людей в какую-то деревню. К земле как говорится потянуло.

Я вообще бы назвала бабку «мой личный фюрер». Хотя почему «назвала бы». Я как-то и назвала. Как же она орала… Даже с хворостиной за мной бегала. Ну это я тогда былаюная и отчаянная. Сейчас я так не рискну. Спеклась.

— Ну и где ты нагуляла аж тройню, дуреха? — бабушка снимает темно-коричневое пальто и меховую шапку. — Одного тебе мало?

— Не нагуляла. Это было непорочное зачатие.

— Ветром надуло. — кивает.

— Ураганом.

— Диана, потихоньку начинай распаковывать сумки. Бабушка столько всего интересного привезла нам! — мама все пытается сделать так чтобы мы не поругались в первые пять минут.

— Угу, — тут не дай бог показать что тебя не устраивают гостинцы. Но мама не унимается:

— Что надо сказать?

— Спасибо.

— Вот то-то же, — добавляет бабушка и гордо идет на кухню. — Зря я что ли перла все это.

Сумок и правда — вся прихожая заставлена. Бабушка никогда не приезжает с пустыми руками: это и закатки, и соленья, и квашеная капуста… А теперь еще и пеленок приволокла. О, огурчики соленые. Кстати тема. И патиссоны с помидорками. А то я уже все запасы пожрала с этой беременностью.