Книга Развод. Проблема для миллиардера, страница 38 – Марта Заозерная

— В Москве для тебя опасности нет? — спрашиваю, набравшись смелости.

Эдуард оборачивается и пронизывает меня взглядом. Острым и сосредоточенным. Размышляет над чем-то.

— Мне приятно, что ты, Ксюш, искренне беспокоишься, но не стоит. Ничего особенного, вспомнил старые добрые времена. Можно сказать, развеялся хорошенько. Вам ещё придется пару недель здесь побыть, но основные вопросы улажены. Если ты беспокоишься о безопасности дочки — не стоит. Никто и близко не подойдет.

Он говорит это таким тоном, как будто и подходить больше некому. Не кричит, не проявляет жесткости в разговоре со мной, но внутри появляется абсолютная уверенность в его словах.

— Я переживала, что с тобой может что-то случиться. Не хотела, чтобы из-за меня…

Даль сводит брови к переносице, а у меня спирает дыхание. Нужно было молчать.

— Твой муж и все иже с ним не могли мне навредить. Мы сейчас говорим о чем-то существенном. Тем более, ты сама меня предупредила. Забыла?

— Я не понимаю, как они вообще могли додуматься до того, чтобы вред кому-то причинять…

— Ксюш, — смотрит на меня снисходительно, — та среда, в которой мне приходится вращаться, она агрессивна. Настолько, что ты даже представить себе не можешь. И я не хочу, чтобы ты забивала себе этим голову. Давай договоримся— ты сейчас можешь уточнить всё, что тебя интересует, и больше ты никогда не спрашиваешь меня о делах. Поверь мне на слово, тебе это не нужно.

Несколько секунд я молчу. Не могу поверить, что представилась возможность такая. Идеальный момент, но мысли, как назло, из головы вылетают. Я так усердно вопросы готовила, оказывается, надо было записывать!

— Клиника…, — впиваюсь короткими ногтями в ладонь, желая отрезвить разум небольшой вспышкой боли. — Ты говорил, что через нее…

— Уже все чисто. Ничего лишнего никто не найдет. Можешь не переживать. Если тяготят воспоминания, мои люди помогут тебе её выгодно продать. Сейчас ты единственный учредитель.

Мне хочется у него уточнить, что я за это… да и вообще за всё должна, но только вот таким вопросом я явно его оскорблю.

— А тот человек, Николай. Он ведь не просто так к нам подошел.

— Шавка очередная. Решил воспользоваться возможностью и почву прощупать, — Эдуард осматривается, находит глазами поваленное дерево и опирается бедром об искореженный ствол. — Понимаешь, я довольно скрытный человек. У меня есть хорошие знакомые и даже друзья, но полной картины не знает никто. Излишняя болтливость вредит бизнесу. У меня много связей… в различных сферах, о которых не знает никто. То, что они устроили — детский сад. Но есть и плюсы — навряд ли кто решит ещё вылезти на свет божий со своим недовольством. Надеюсь, ты не будешь спрашивать, как я решаю подобные вопросы.

Качаю головой. Лицо пылает.

— Я не хочу знать.

— Вот и умница. Муж твой жив, но видеться с ним я не советую. С матерью его тоже все в порядке, претензий к тебе она никаких не имеет.

Он точно сверхразум, не поспеваю за его мыслями.

— Выходит, мы скоро сможем с Ангелиной вернуться к себе.

— А вот с этим как раз таки, Ксюш, есть проблема. У меня нет желания вас отпускать.

Месяц спустя…

Смотрю на очередную стопку документов, принесенных моей новой помощницей, и хочется всплакнуть.

«Надо было соглашаться, когда Эдуард предлагал продать клинику», — напоминаю себе.