Книга Ты в моем сердце, страница 54 – Аня Дарк

В последнее время я часто улетала куда-то далеко в своих мыслях и ничего не замечала вокруг. Вот и сейчас передо мной, откуда ни возьмись, появилась кружка горячего чая, пиала с вареньем и тарелка с разными видами печенья. Эти сладкие запахи явно пришлись по вкусу малышу, потому что мне захотелось съесть это всё разом. Останавливали только рамки приличия.

— Ромочка так далеко уехал. Мы и так-то редко его видели, а теперь… — вдруг растрогалась женщина.

— Татьяна Викторовна, может у Вас есть его контакты?

— Конечно есть. А Вам для чего с ним нужно связаться? — немного недоверчиво спросила она. — Ромочка просто очень просил никому его номер не давать.

Сердце болезненно сжалось. Я и так знала, что он не хочет со мной даже разговаривать, но напоминание об этом стрелой вонзилось мне в грудь. Видимо вся боль отразилась на моем лице, потому что мама Ромы взволнованно заглянула мне в глаза.

— Вас что-то связывало? — с тревогой спросила она.

Нас теперь навсегда связывает наш ребенок. Но я не могу этого ей так сказать. Сначала мне нужно поговорить с Ромой. Поэтому я еле заметно кивнула, сжав крепче кружку в руках.

— Алиночка, я не могу пойти против сына, — грустно сказала Татьяна Викторовна. — Но я могу сказать ему, что Вы приходили и если он позволит, я с удовольствием дам Вам его номер.

— Спасибо, — с нескрываемой печалью ответила я.

Хоть во мне итеплилась надежда, что он даст мне шанс сообщить ему важную новость, но умом я понимала насколько мала такая вероятность.

Так и вышло. На следующий день Татьяна Викторовна позвонила мне и полным печали голосом сказала:

— Деточка, ты прости, но Рома запретил давать тебе его номер, — первая слеза скатилась по моей щеке, — Я пыталась его уговорить, но он такой упёртый, — уж я-то знаю, — Если что решил, то не отступится.

— Спасибо Вам большое, — дрожащим голосом ответила я.

— Алиночка, мне так жаль…

Я больше не смогла слышать ее голос, отключила звонок и закрыла рот дрожащей рукой, чтобы не закричать от отчаяния. Вот и оборвалась последняя ниточка.

Мы остались одни с малышом. Но мы есть друг у друга. А еще у нас есть моя большая и дружная семья.

Мне вдруг очень захотелось домой. К родителям, к Максу с Дашей. С ними мне точно будет легче пережить эту боль, свыкнуться с ней.

Перспектива увольнения сейчас не пугала меня. Огорчало лишь то, что подведу Павла Андреевича. Компания и так осталась без Ромы, а теперь еще и я уйду. Но это всё равно неизбежно. Да и какие мне теперь командировки. Поэтому нет смысла оттягивать. В понедельник я написала заявление и ожидаемо была вызвана на беседу к Павлу.

— Алина, ты смерти моей хочешь? — растерянно и с ноткой злости спросил он.

— Я прошу прощения, что подвожу Вас, но это всё равно неизбежно, — рука непроизвольно легла на живот, что не осталось незамеченным шефом.

— Ты… — шокированно уставился он на мой живот, — Ты беременна?

— Да, поэтому Вам в любом случае нужно искать мне замену, — тихо сказала я.

— Когда ты успела? Я в шоке. Нет, я рад за тебя конечно, но…

— Но не от всего сердца, да? — тепло рассмеялась я.

— Не совсем так, — он не понял шутки. — А кто… Роман?

Я кивнула и улыбка сменилась болью. Павел словно почувствовал мою горесть. Он изменился в лице.

— Только не говорите никому об этом, хорошо?

— Да, конечно! — закивал он. — Если тебе будет нужна какая-то помощь, ты всегда можешь обратиться ко мне. Как ты будешь справляться одна? — его брови сошлись на переносице и там снова пролегла глубокая складка.