Книга Бывшие. Двойня для босса, страница 42 – Алла Ларина

Пусть подавится! Хрен им всем, а не мои дети!

Пока меня трясёт от услышанного, Давид бьёт по тормозам.

Подхватывает мобильный, выключая громкую связь. И цедит в телефон абсолютно мёртвым голосом:

– Заткнись!!! – короткая пауза. – Что слышал! Ты моих детей не увидишь! Как и их мать! А если уж на то пошло, и меня тоже!!!

Отключает мобильный и, рывком дёрнув дверь и выскочив из машины, со всей дури швыряет его об асфальт. Тяжело дышит, глядя на разлетевшуюся на части технику. И, заставив меня вздрогнуть всем телом, с размаху бьёт ладонями по кузову, да так, что внедорожник встряхивает.

Поднимает голову, находит взглядом моё лицо… Срывается, обходя автомобиль, открывает дверь с моей стороны…

– Ада, послушай, – осторожно, крепко берёт меня за плечи. – Я. Никогда. Этого. Не позволю! Слышишь? Я знаю, что ты мне не веришь, но поверь сейчас, пожалуйста! Я скореесам помогу тебе с детьми исчезнуть и уйду, оставлю вас, если не захочешь меня больше видеть. Обещаю! Никто не заберёт у тебя сыновей!

Судорожно выдыхаю, на глаза наворачиваются слёзы.

– Не плачь, пожалуйста, – Давид аккуратно, тыльной стороной ладони касается моей щеки. – Обещаю, всё будет хорошо.

Подаюсь вперёд и утыкаюсь лбом ему в плечо.

После того ужаса, практически животного страха матери за своих малышей, который я пережила несколько минут назад, мне нужно почувствовать рядом хоть кого-то… Кого-то живого. И близкого. Несмотря ни на что.

Мужчина замирает на мгновение, а потом немного неуверенно, но очень бережно обнимает меня чуть крепче.

– Давид, я так больше не могу, – говорю хрипло, слегка отдышавшись и отодвигаюсь от него, поднимаю на мужчину глаза. – Мне нужна вся правда. Что за чушь нёс твой отец?! Что значит «дотянула их сама»? С какой стати детей нельзя оставлять не только со мной, но и с тобой тоже? Либо ты отвечаешь на все вопросы, либо… я звоню Алёне, она приезжает, и вы с ней вместе разрабатываете план, как именно мне с детьми исчезнуть, чтобы ни твой отец, ни… ты меня больше не нашли. У неё получилось один раз. Теперь будет сложнее. Но ты поможешь, – смотрю на него, чувствуя, как изнутри поднимается что-то, чему нет названия, какая-то чёткая уверенность, что сейчас он сделает то, что я скажу. – Ты поможешь. Потому что только что пообещал. И я поверила обещанию. Обещанию – но не тебе. Пока что.

Повисает молчание, и я вдруг ощущаю, что на улице похолодало, и в открытой продуваемой машине я промёрзла до костей, меня потряхивает почти как в ознобе, пальцы дрожат. Ветер ледяной… Покрепче сжимаю челюсти, чтоб зубы не стучали, и упрямо смотрю в глаза мужчине напротив.

– Хорошо, – выдыхает Давид. – Да, ты права. Я… расскажу. Тем более, что итог всё равно будет один.

– Какой итог? – спрашиваю, нахмурившись.

– Ты уйдёшь, – он пожимает плечами.

– Не надо решать за меня, – прищуриваюсь, глядя на него. – Сначала мы поговорим.

Он кивает и отходит, давая мне закрыть дверь, но, кажется, внутри себя уже всё решил. В раздражении закатываю глаза. Какие же мужчины иногда бывают упрямые бараны! Он себе что-то там в своей голове напридумывал, выводы сделал, а взглядами остальных на ситуацию поинтересоваться даже не сподобился! И считает себя и своё мнение единственноправильным – ну конечно, а как же иначе!

Вот и теперь, смотрит на меня таким взглядом, как будто уже попрощался навеки!