Книга Ты мой! Игры в сторону..., страница 30 – Галина Колоскова

– Красива ты и сейчас.

Приятная уху лесть.

– Спасибо! Но уже не легка и сто раз просчитаю любой поступок с включением интереса детей. Его детей.– Гипнотический взгляд огромных серых глаз и ещё один бесплатный совет:– Вот так же должно быть у тебя! И будет.– Она усмехнулась.– Ты мечта для любой женщины! К кошельку прилагается завидная фактура, весёлый нрав и необузданная харизма. – Она обернулась к двери, за которой трудился коллектив в тридцать два человека. – Помоги лучше выбрать, где провести тимбилдинг.

– Со мной в Европе.

– Не могу, учитывая вышесказанное. – Она опеллировала неоспоримыми доводами. – Кем я представлю тебя малышам? Если вдвоём, то не на этой неделе. – Она до хруста выгнула сложенные в замок пальцы, стараясь любыми жестами, звуками увести разговор в другое русло. – Нужно сплотить команду офиса перед новыми целями. А в воскресенье обещала детям поездку за город к крёстному.

– Тематика цели? – Жесткий взгляд делового человека.

Казалось, что ей это удалось.

– Как правильно мочить конкурентов!– Нина довольно смеялась. Совсем недавно она возмущалась демпингу со стороны Светличного, а теперь будет вырабатывать план, как убрать его новое детище с рынка.– Без оружия, но наповал.

Что из её слов могло возбудить? Илья залпом заглотнул кофе, снял трубку с внешней связи и щёлкнул замком двери. На ходу начав раздеваться.

– Только не здесь и не сейчас! – бормотала она, растерянная внезапным напором. – Я…

На затылке большая ладонь, исключающая возможность вырваться. Губы заткнуты поцелуем. Страстным, с требовательным языком, ласкающим внутреннюю сторону щёк, не оставляющим малейшей возможности на отказ. Задранная юбка. Отодвинутые в сторону стрингии два пальца внутри. Глубоко, настойчиво. Большой давит на комочек клитора. Массирует, вызывая желание. Она выдыхает в рот.

– Жестко!– Готовая к соитию.

Согласная на всё игрушка в умелых руках.

Её уже развернули лицом к стене и уложили животом на прохладную поверхность. Звук пряжки ремня, расстегнутого на ширинке замка. Ноги раздвинуты в стороны коленом. Задранная ещё выше юбка, Мурашки, холодящие кожу.

Нина полностью отдалась во власть страстного любовника, готовая получить наслаждение, приправленное наказанием. Хлопок ладонью по попе. Она всхлипывает и одним рывком внутрь врывается плоть. Наполняя собой целиком. Боль, смешанная с острым удовольствием. Снова всхлипывание.

Голову невозможно поднять или повернуть. Она придавлена сильной ладонью щекой к широкому столу. Резкие, почти грубые толчки, готовые разорвать. Она подаётся навстречу каждому удару тела о тело. Желая боли, сжимая губы, чтоб не вырвался крик. Шлепки чередовались с проникновением. Скрип тяжёлого стола. Илья хрипел, рычал. Хищник, покрывающий безмолвную самку. Никаких условностей. Грубо, настолько насколько обидели слова о несогласии быть вместе. Не больной укус за шею и с придыханием на ухо:

– Так хорошо?!

Они мстили каждый себе – собой, согласившись с невозможностью иного выбора.

Неизменно яркий оргазм. Скрученный спиралью чувств живот. Пелена в голове. Неспособность мыслить. Освобождение от проблем хоть на время. Она обмякла, удерживаемая на ногах дубовой шероховатостью.

Он кончает на крестец. Тёплая вязкая жидкость стекает вниз, подхваченная носовым платком. И в этом уважение её выбора. Никаких детей от чужого мужчины, даже если мужа уже нет в живых.