Книга Ты мой! Игры в сторону..., страница 75 – Галина Колоскова

Самолёт плавно летел к первому пункту посадки в долгом путешествии до Москвы.

Николай уже приземлился в аэропорту Манагуа, столицы Никарагуа. Трое друзей встречали его с распростёртыми объятиями, а в небольшом кейсе лежали документы.

Пропуск на Родину блудному сыну…и не только...

Нина сквозь сон слышала слова о скором снижении, посадке и просьбе пристегнуть ремни. Она с трудом разомкнула веки, чувствую под щекой жар.

Стас метался во сне. Светлые волосы спутались во влажные пряди. На щеках нездоровый румянец. Пот над верхней губой. Видимо, в рану попал мусор, который не сумела убрать. Родное любимое лицо, обезображенное шрамом. Хотелось прикоснуться к рубцу пальцами, но она помнила о реакции Жукова в комнате. Личное табу в связи с мнимым уродством.

Шатенка вздохнула. По прилёту в Москву предстояло множество дел, среди которых на первом месте здоровье мужа: хирург, психолог, пластика и много чего ещё.

Вместе с папой лечиться предстоит новому сыну или в детской памяти плохие воспоминания сотрутся сами?

Она застегнула ремень Жукова, решив, что разбудит в последний момент и оглянулась на место, где отдыхала Юлька в обнимку с Мануэлем.

Оба спали. Мальчик сложил на блондинку руки и ноги, уткнувшись щекой с весомые выпуклости.

Нина улыбнулась. Материнство подруге было бы к лицу. Жаль, что когда-то…

Она осторожно поднялась, забрав со столика оставленную там аптечку.

Температуру сбить можно, но визит к врачу обязателен. Лететь домой слишком долго.

Следом за Ниной проснулся Бероев. Он встал, размял затёкшие мышцы и рванул в туалет. Зашевелился Виктор. Пассажиры постепенно занимали вертикальное положение, а самолёт плавно снижался.

Она достала салфетки и осторожно прикоснулась ко лбу Стаса. Тот вздрогнул, резко открыв глаза и грубо схватил её за руку. Осоловелый взгляд ярко-голубых глаз и лишь через пару секунд улыбка на пол-лица и странная просьба:

– Не делай так больше. Я мог тебя ударить.

Нина втянула воздух. Значит табу не только шрам.

Господи! Насколько сломали доброго, уверенного в себе человека,прежде всегда просыпавшегося в хорошем настроении.

Это она капризничала по утрам, отказываясь вставать. Ворчала, бурчала, а он целовал в ответ, терпеливо снося все капризы. А чаще всего начинал её утро хорошим сексом, делая позитивным настрой на день.

– Ты весь горишь. Надо сбить температуру и показать плечо врачу. Наверно глубоко в ране остался сор.

Стас молча выпил лекарство. До сих пор переваривая, что произошло несколько минут назад. Он чуть не избил жену. Постепенно превращается в неуважаемых в прежней жизни людей. «Кухонный Геракл»…

Как объяснить, что долгое время спал один, всегда настороже, опасаясь, что могут убить в любой момент. Вся его жизнь изменилась после выхода в море в надежде подписать выгодный контракт.

Он, изучивший за несколько лет побережье, как свои пять пальцев, умудрился налететь на риф перед островом, где должен забрать будущих партнёров и ударился головой.

Очнулся в больнице, где ждала незнакомая жена, как и все люди из неизвестного прошлого.

Он не забыл, что привык есть, любимые напитки, всё, что помогает жить и чувствовать себя человеком, но не знал имени родивших его отца и матери.

Неузнанные жена, сын. Чуждый дом в пригороде Мехико, в котором не было фотографий. Ранчо далеко за городом. Неизвестный язык. Хорошо, что жена немного говорила на русском. Он успел научить её за несколько лет совместной жизни, до аварии.