Онлайн книга «Мой личный ад»
|
Он сморщился, отталкивая белобрысую куклу. Слова противоречили действиям. То же творилось в душе. Непринятие наваждения, с которым придётся смириться. – Кончай разводить сырость. Одеваемся! – И обернулся к Тёме: – Через две минуты жду у машины! Заберите из бара воду. До Новосиба постараемся не останавливаться! Паша быстро одевался, краем взгляда наблюдая за хромающей Адой. Та натянула старенькие джинсы, носок на пятку из которой сочилась сукровица. – Что с ногой? Она дёрнулась и опустила взгляд, отвечая на элементарный вопрос: – Наступила здесь на стекло. Паша посмотрел на стол. Ничего не разбито. – Откуда взялось? Блондинка пожала худенькими плечами. – Не знаю… – тонкие пальцы завязывали шнурки на растоптанных белых кроссовках. Паша швырнул в стену попавший под руку пульт телевизора. Только хромой бабы ему не хватало. Злой рык вместо сочувствия: – Идти сможешь? Она потрясла головой, быстро запрыгав в сторону двери. – Да. Он бросил ей под ноги походную сумку, приказав: – Возьми воду, жду в коридоре. И быстро вышел. Хоть минуту побыть не под взглядом побитой собаки. Не сходилось многое. Проституток в таком виде не присылают. Была бы в платье и дорогом белье… Изначальная подстава! Тихоня точно знал, что он прилетит за племяшкой. Слив или чистая психология? Если подстава то, чтобы что? Какая цель? Месть за драки в далёкой юности? Если так, то дебилизм налицо. Павел стукнул кулаком в ладонь. Нет, тут что-то другое. Какой реакции говнюк ожидал? Бросит Аду, почувствовав опасность? Отлично, знает по прошлым разборкам, что своих он никогда не сдаёт. – Бля-а-а-а…– мозг прорезала догадка. Борис говорил, что ему отправлено письмо, за которым идёт охота. Если Аду используют, как носитель жучка? Паша вернулся в номер, столкнувшись с открывающей дверь блондинкой. – Я всё сделала! – она протягивала сумку, с испугом глядя в злые глаза. Он дёрнул за пряжку застиранных джинсов. – Одежда на тебе своя или дали? – Мою отобрали сразу. Павел выхватил сумку из дрожащих рук. Короткий приказ: – Раздевайся! Снимай всё до трусов! – Что? – Ада округлила глаза, наблюдая, как тот скидывает куртку. – Зачем? Он с раздражением хмыкнул: – Драть буду! – нахмуренный лоб. – Не задавай вопросы, а делай, как я сказал! – Паша протянул стянутый через голову пуловер: – Надевай. Торопись, нас ждут! Ада стыдливо оголилась. Паша прошёлся взглядом по точёной фигурке. Маленькая крепкая грудь, тонкая талия, длинные ноги, красивые плечи. Нежная, хрупкая, вызывает желание защитить. Он отвернулся, с неудовольствием почувствовав, как реагирует плоть. Не хватало превратить блонду в любовницу. – Кроссовки тоже снимай! Надень тапочки. В Новосибирске купим тебе одежду. – Тапок нет… – взгляд нагадившего на пол щенка подбешивал, вызывая в душе закоренелого циника чувство вины. Паша выматерился. Совершенно забыл, что этот люкс и московский – две огромные разницы. – В Задрипенске время застыло. Как воровали всё, что плохо лежит, так и продолжают тырить. Он приблизился в пару шагов и, не обращая внимания на протесты, подхватил её на руки. Коктейль из запахов нежной молодой кожи, пушистых волос, слабых духов, ударил в ноздри, добавляя желания в паху. Ненормальная реакция на едва знакомую дочь сводной, напрягала. Лёгкая, как пушинка, живая ноша вызывала не радость, а раздражение. Виновата в том, что хочется затащить в постель? |