Книга Кровавый цветок, страница 106 – Bloody Moon

На следующий день в полдень были собраны все служащие без исключения, даже те, кто до этого трудился на самых сложных работах в полях. Площадь была набита битком,и все понимали, что скоро состоится суд, но никто не ожидал увидеть среди подсудимых леди Луизу. Сейчас она выглядела не как леди, а как обыкновенная обозленная женщина, а сквернословила она, пожалуй, получше, чем я сама. Я с Савлийем скрывались невдалеке за статуей, рядом по периметру так же люди в капюшонах. Дэй знал, что я все равно пойду и решил подстраховаться. В центре площади возвышался подиум для судьи, и я увидела, как на него взошёл Нэйлон.

— Сегодня мы собрались здесь, что бы озвучить приговор за неподчинение, самовольство, умышленное нападение и принесения вреда гостье дома Фиррэлиус, Алексис Стайлес. — по толпе пронеслось шушуканье и даже кто — то начал возмущаться. — Тот, кто ступает на наши земли, становится гостем, к какой бы семье он не принадлежал. А покушение на жизнь карается, если не смертью, то изгнанием и лишения имущества в пользу дома. Тем самым Ваши сыновья, поддавшись эмоциям, предали не только мое доверие, но и ваше, отняв у вас тот дом, что вы имеете и любите. Они продали вас за тридцать золотых. А приняли их от Луизы Фиррэлиус, той, что предала всех нас! Той, что является — моей дочерью, и той кого я лишаю имя Фиррэлиус, и изгоняю из этих земель. Она отправляется к одному из незаконнорожденных бастардов четырех земель и становится его женой. — В толпе воцарилось гробовое молчание. Все ожидали решения об изгнание и лишения имущества, но никто не ожидал последнего, даже я. А в это время на площадь внесли всех волков, что я тогда успела застрелить. Над ними уже летали трупные мухи. — А теперь взгляните! Этих волков убили ни они, — Нэйлон указал на удивленные лица тех амбалов. — А всего лишь раненная ими хрупкая женщина, брошенная зверям на съедение. Кем являются эти люди? Даже звери не поступают так со своими сородичами! Что скажете? Справедлив ли суд? — А отец Дэйя театрал. Хорошо играет на публику. Вокруг я услышала удивление в мой адрес и презренные восклицания в адрес моих обидчиков. Так и окончился народный суд. Все разошлись по своим делам и только несколько семей остались. В их глазах читалась печаль, стыд и разочарование. Они медленным шагом подошли к трибуне и поклонились Нейлону, а тот в ответ сказал, наблюдая краем глаза за уходящими подсудимыми. — То золото, что дала им моя дочь, передаю вам, что бы вы начали жизнь в новомдля себя месте. Это компенсация от нашей семьи.

— Савлий, а куда обычно идут те люди, которые потеряли покровительство семьи? — Спросила я.

— Есть лишь одно место, где они начинают новую жизнь — межземелье. С каждым годом дорога становится все длиннее и там можно найти все. Это не только придорожные городки с гостиными дворами, но и подпольные рынки — рай для преступников. Так что нам приходиться периодически чистить эту тропу. — Я не стала расспрашивать, как именно они ее чистят. Все очевидно.

В этот же вечер я впервые попала в тот самый храм, который так долго искала, но никак не могла найти. А он оказался под землей, его лабиринты были извилистее, чем пыточные коридоры у Стайлес, но к моему удивлению он был светлым и сверкал. Высокие потолки поддерживались витиеватыми колоннами, блестевшими при попадании на них света от многочисленных свечей. В центре большой круглой залы, где собирались многочисленные жители поместья, на возвышении стояло, что — то похожее на алтарь, но не как я привыкла его видеть. Этот алтарь представлял собой круг, а на нем были выгравированы загадочные круги из рун, языка которого я не знала.