Книга Измена. Сбежать от любви, страница 86 – Евгения Ник

Глеб сжимает губы до белой полосочки, смотрит на меня исподлобья и кивает. Поднимает свои вещи, отряхивает и принимается одеваться, а я ухожу домой.

Мне действительно не нужно его ответное признание, если оно для галочки. Чувства — это не игра — я тебе, а ты мне. Я вижу, что и он испытывает ко мне чувства, но если они ещё не до конца созрели, нет смысла бросаться сейчас словами.

Захожу в дом и в который раз думаю, насколько всё чужое. Есть стойкое ощущение, что я тут в гостях, а не хозяйка. Веду пальцем по поверхности стола. Достаю из шкафчика стакан и наливаю воду. Поворачиваюсь и сквозь тюли на окнах вижу, как Глеб стоит, привалившись спиной к стене гаража, и смотрит на дом. Меня он вряд ли видит, и это позволяет спокойно наблюдать за ним. Спустя пару минут, он отлипает от стены и звонит кому-то, кажется, разговор не самый приятный, судя по его мимике. Интересно, с кем говорит? Кто вызывает у него такие эмоции?

Понимаю, что нет смысла гадать, и поднимаюсь в спальню.

Алексей возвращается домой поздней ночью. Открывает дверь. Чувствую, как он стоит на входе в комнату и прожигает меня взглядом. Тяжело дышит. В нос проникает перечный аромат его парфюма, от которого хочется сморщиться, но я терплю, притворяясь спящей и полностью безмятежной. Он проходит в комнату, берёт вещи и скрывается в ванной.

Выдыхаю.

Просыпаюсь утром, когда Алексей уехал. С одной стороны, на душе наступает облегчение, с другой, я понимаю, что между нами только оттягивается серьёзный разговор. Но всё равно ему быть. После дня рождения мужа я точно ему скажу обо всем.

Наша домработница — тётя Ира всё утро пархает вокруг меня и, кажется, пытается закормить меня, пока мой живот не лопнет.

— Всё, всё, хватит вафель, в меня больше не влезет! Это, конечно, вкусно, но пожалейте моюфигуру, — смеюсь и делаю глоток живительного кофе.

— Яночка, ты такая миниатюрная, что пару лишних килограмм тебе только к лицу будут, — подмигивает и щипает меня за бочок.

— Ау! А ну, не трогать мой жирок! — защищаю родненькие бока.

— Ну, придётся тогда Глебушку кормить, раз ты отказываешься. Он с ночи, наверное, голодный.

В груди моментально начинают порхать бабочки, а к лицу приливает кровь.

— Я думала, он уехал. Вы его видели? — с нескрываемым придыханием лепечу и закусываю нижнюю губу.

— Так, конечно! Он же мне утром и открывал.

Вскакиваю со стула, хватаю тарелку с вафлями, показываю рукой тёте Ире, чтобы налила ещё кофе. Беру во вторую руку чашку и топаю на выход.

Домработница поглядывает на меня с нескрываемым любопытством, но никак не комментирует, проходит вперёд и открывает передо мной дверь.

Подхожу к домику охраны, аккуратно пинаю ногой в дверь, так как руки заняты. Глеб выходит, я стою перед ним и улыбаюсь во все зубы.

— Привет! — выдаю шёпотом и заглядываю за его спину. — Ты один?

— Да. Дамир с Беловым уехал. Это мне? — кивает на тарелку и забирает всё из моих рук.

— Угу, тётя Ира напекла, — прохожу за ним внутрь.

— Почему ты не уехал?

Глеб тяжело вздыхает и спокойно говорит:

— Да так, думал, если Белов будет буйствовать, придётся как-то тебя спасать.

Прыскаю смехом, но в душе действительно искренне радуюсь. Он ведь мог спокойно уехать вечером, но остался. А ещё, судя по его виду, всю ночь не спал.

— Всё хорошо. Когда он вернулся, я уже спала. К счастью, Алексей не стал устраивать скандал, и, если честно, это даже странно.