Книга Ты мое наваждение, страница 28 – Елена Полярная

— Так, Карина, я вижу ты на эмоциях и злишься на меня, и я понимаю почему. — Данил убрал руки за спину, решив сменить тактику общения со мной. — Ты обижаешься на меня, потому что я тебя бросил. Но я не буду извиняться, ведь я ни в чём не виноват. Не мог же я любить тебя насильно, правда? Ты хорошая девушка, но ты слишком правильная, мне бы с тобой стало скучно и я бы всё равно от тебя ушёл. А вот Варя она не такая, она весёлая и безбашенная, она наслаждается жизнью и делает что захочет.

— Это всё о-о-чень интересно, но мне пора возвращаться на своё рабочее место. — Я снова сделала шаг в сторону, при этом сжав руки в кулаки, чувствуя, насколько сильная злость побежала по венам. Скотина!

В субботу утром, проснувшись раньше обычного из-за почему-то включённого будильника, и не найдя рядом с собой Данила, я вышла из комнаты, сонно направившись в ванную, когда услышала тихий смех сестры и её охи и ахи. И я бы, возможно, не обратила бы на них внимание, если бы у самой двери не услышала еле слышимое:

— Данил, прекрати, мне щекотно!

Я так и застыла с протянутой вперёд рукой, не коснувшись дверной ручки. Всего одной фразы было достаточно, чтобы я всё поняла. У меня не было ни сомнений,ни попыток придумать оправдание, ни глупого порыва убедить себя, что мне показалось. Нет. Я уже знала правду. То, каким тоном Варя произнесла эти четыре слова, говорило о многом.

На негнущихся ногах я подошла к комнате сестры, застыв у приоткрытой двери. Им даже было всё равно, что я рядом и что я могу их услышать! Зато теперь мне стало понятно, почему вечером я чувствовала между нами тремя странное напряжение и никак не могла понять, почему Варя злая и дёрганная, почему он огрызается мне и отмалчивается, а Данил словно избегает меня.

Открыв дверь, я увидела своего жениха, стоящего в одних трусах и обнимающего мою сестру, сидящую на широком подоконнике.

— Ой, Карина! — наигранно воскликнула Варя, прикрываясь руками, хотя на ней была свободная пижама.

— Стучатся не учили? — с насмешкой спросил Данил, медленно повернувшись ко мне, так и пригвоздив к месту холодным, насмешливым взглядом.

Только сейчас я понимаю, что они сделали это специально, из трусости, не найдя в себе сил открыто сознаться в измене и предательстве, решив болью выжить меня из квартиры. Любящие люди никогда бы так жестоко не поступили, а им… им доставляло удовольствие наблюдать за моей реакцией.

—…короче, кольцо дорогое и оно предназначалось для моей невесты, — продолжал что-то там говорить Данил, снова протянув руку ко мне и с намёком изогнув брови, — а ты уже не…

Воспоминания того дня были настолько яркими и настолько болезненными, что я не удержалась и со всей силы ударила Данила кулаком в челюсть, вымещая всю свою злость, которую так и не смогла ему продемонстрировать. И удар был что надо и пришёлся прямо по подбородку, из-за чего голова моего бывшего резко отклонилась назад и он, потеряв равновесие, стал заваливаться. С каким-то ненормальным удовольствием я наблюдала за падением Данила, а пульсирующая боль в руке не доставляла мне никакого удовольствия.

— Ты чё оришь, ииока! — прорычал с пола бывший, как видно прикусив себе язык.

— Что ты там промямлил? Повтори, а то я не расслышала! — Я насмешливо усмехнулась, собираясь переступить через это подобие мужчины, впервые в жизни согласившись со своей мамой в мнении о нём, когда за моей спиной прозвучал строгий голос начальницы моего отдела.