Книга Бракованная любовь, страница 51 – Ульяна Краш, Чарли Ви

— И сколько идут?

— Семь дней.

— Так не бывает, — не сдаётся Денис.

— Ты что гинеколог?

— Нет. Но я не настолько профан в женском организме, как ты думаешь.

— А, мне кажется, наличие даже тысячи любовниц, никак не делает тебя специалистом в этом деле.

— Ну про тысячу ты загнула.

— А сколько? — пользуюсь его заминкой и ловко выползаю из-под него.

— Я не считаю. Иди сюда, — хлопает рукой по кровати.

— Нет, пока не скажешь какая я по счёту у тебя.

Садится на кровати и одним движением снимает футболку. Волосатая грудь сразу приковывает моё внимание. Денис отлично сложен. Ладони начинает покалывать от желания прикоснуться к нему. Провести по коже, ощутить под пальцами упругие мышцы. Он притягивает меня магнитом.

— А я какой у тебя?

Его вопрос ставит меня в тупик.

— Ты издеваешься?

— Нет, вполне серьёзно.

— Мой список намного короче твоего. Руслан был моим первым мужчиной, ты стал вторым.

Скрещиваю руки на груди, как будто это он виноват в том, что я стала такой распущенной. Я всегда была приверженцем старых взглядов, когда любимый мужчина должен быть один на всю жизнь. Денис встаёт и подходит ко мне.

— Так ты у нас сама невинность.

— Я давно уже не невинна, но ты так и не сказал, сколько их было у тебя.

— Первая девушка у меня была в пятнадцать, — он поправляет выбившуюся прядь моих волос. — Но она была не самых высоких моральныхпринципов, а мне просто надо было лишиться девственности, — его голос завораживает своей хрипотцой и тембром.

— Не могу поверить, что тебе пришлось прибегать к помощи проститутки, — отвечаю шёпотом.

— Она не была проституткой, просто была влюблена в меня, а я воспользовался.

— Бессовестный.

— Не спорю. Зато на мне отыгралась другая, в которую я был влюблён. Я три года таскался за ней как собачонка. Она была старше на три года и не воспринимала меня как парня.

— Так, тебе и надо, — с усмешкой замечаю я.

Денис расстёгивает верхнюю пуговицу на моей рубашке.

— Какая ты жестокая, — ещё одна пуговица. — Но я своего добился, она стала моей.

— Ты её изнасиловал? — поднимаю бровь и застёгиваю верхнюю пуговицу.

— Нет. Она сама сдалась, когда поняла, что я добиваюсь всего, чего захочу.

Денис расстёгивает ещё одну пуговицу, я же застегиваю вторую.

— Настя, я ведь могу и не расстёгивать.

Он дёргает за края рубашки, и все верхние пуговицы разлетаются по комнате, только нижняя ещё болтается в петельке.

— Денис! Это моя любая рубашка, — держу её края, чтобы скрыть свою грудь, которую он бессовестно пожирает глазами.

— Новую куплю.

Снимает с плеч рубашку, и я оказываюсь, словно в капкане. Обхватывает грудь ладонью.

— А потом были годы безумной юности. Каждую неделю новая девушка, — он продолжает рассказывать с совершенно невозмутимым видом.

— Значит, ты всё-таки ещё тот потаскун, — стараюсь тоже не обращать внимания на его прикосновения. Смотрим друг другу в глаза.

— Я набирался опыта.

Отодвигает кружево с моей груди в сторону, оголяя её. Большим пальцем едва прикасается к соску, и начинает массировать, обводя вокруг.

— А ты любил…когда-нибудь? — слышу, что голос уже дрожит. Мысли растекаются жидкой лавой по телу.

Жду ответ, но вместо этого он наклоняется и вбирает сосок в рот, теперь те же самые движения повторяет язык.

— Денис…, — его имя случайно срывается с губ.

Он отрывается от груди. Довольный как кот, который дорвался до сметаны.