Книга Развод. Цена моего прощения, страница 88 – Чарли Ви

— Тогда что? Зачем отключать телефон? Почему нельзя просто взять и ответить. Сказать, что именно тебя не устроило. Ты ведь сама мне об этом всегда говорила. Надо учиться разговаривать, а сама сбегаешь ничего не объяснив. Как это понимать? — он говорит тихо, едва сдерживая свою ярость. Кажется, ещё секунда и он начнёт всё крушить.

— Потому что ты опять обманул меня, — голос подводит и вместо нормального ответа получается шёпот.

— Обманул? Когда? Я за всю жизнь не был так откровенен ни с кем кроме тебя. Что ты хочешь услышать от меня? Правду? Правду, что думаю только о тебе? Что снишься мне каждую ночь? Такое тебе признание надо?

— Нет, но…

Я упираюсь в стену, и Кир подходит вплотную.

— Мне кажется, я сделал всё что мог, чтобы искупить свою вину. Если бы мог сделать что-то ещё, не сомневайся, сделал бы.

— Ты оплатил моё продвижение как писателя? — шепчу еле слышно.

— Да, — он не прячет глаз, продолжает смотреть также пристально. — Не вижу в этом ничего ужасного. Ты бы всё равно стала знаменита, я просто ускорил процесс. И это никак не умаляет твоих сил. Что случилось Лена? Или я не подхожу под категорию людей, которых можно простить?

— Нет, но…

— Тогда что?

— Я не знаю…наверно, просто боюсь, — ненавижу себя в этот момент. За то, что бормочу и не могу ясно сформулировать всё то, что несколько дней выдумывала. Все причины, по которым мы не можем быть вместе.

— Меня боишься?

Притягивает меня к себе, подчиняя одним только взглядом. Сколько в нём огня, как он умудряется его в себе сдерживать. Я и забыла про это, наверно, держать себя в руках тогда в машине и в номере отеля, было выше его сил, но он держался. Специально для меня. Тепло наполняет грудь, разливается по телу.

— Лена, не надо меня бояться. Я больше никогда не причиню тебе боли намеренно. Господи, я чуть с ума не сошёл, когда ты не брала трубку.

Держит мой подбородок, проводит большим пальцем по губе.

— Ты же должен был улететь, — едва слышно выдыхаю я.

— Должен был, но не смог, — также шёпотом отвечает Кирилл. — Я должен знать, что ты меня простила.

Киваю.

— Голосом Лена. Я хочу слышать это.

— Да, Кирилл, я больше не обижаюсь, — сейчас в его объятиях я не могу ему противостоять. — Я действительно прощаю тебя. Теперь можешь ехать со спокойной душой.

Он наклоняет голову, жадно сминает мои губы. Раздвигает их языком, скользит по зубам, проникает внутрь. Я подаюсь навстречу не менее жадно. Жар внутри разгорается в огромный костёр. Все преграды, которые я так долго выстраивала, рушатся. Между нами исчезают границы, падает стена непонимания и сомнений. Это не просто желание, это что-то большое то, что невозможно описать одним словом.

Кир подхватывает меня на руки и несёт в спальню. Опускает на кровать. Я не свожу с него глаз, боюсь, что он сейчас исчезнет. Он гипнотизирует своим взглядом.

Опускает руки на мои бёдра, руки гладят кожу и поднимаются вверх, под платье, задирает подол и снимает его через голову. Снимает трусики. Я сижу перед ним обнажённая, а он ещё полностью одет. Он отстраняется ненадолго, скользит по телу взглядом. Гладит внутреннюю часть бедра. Наклоняется и ловит ртом сосок, посасывает его, обводит языком. Теперь во мне не просто костёр, кажется, что даже кости превращаются в лаву, а между ног тянущее томление. Его пальцы подбираются к моему лону, проникают внутрь. С губ срывается стон.