Книга Блок-шот. Дерзкий форвард, страница 18 – Екатерина Беспалова

За столиком стало тихо. Василиса буравила остряка взглядом. И что привязался? Зачем выносил сор из избы? Хуже бабы базарной, ей-богу.

— Пожалуй, я пойду за едой, — она не без труда заставила себя отвернуться от Тимофея и пошла прочь.

— Хорошая идея, — стрельнул бровями Рустам. — Дамы! — Озорные глаза переместились на Наташу и Камиллу. — Вы с нами?

Девушки нехотя закивали, глядя то на одного парня, то надругого, словно надеясь на то, чтобы Матвеев их остановил, но тот даже бровью не повёл.

— Ань, останься тоже здесь, — посмотрел на сестру Тедеев. — Акела[2] — крепкий орешек, но избыток мыслей о спорте точно не пойдёт ему на пользу. Расскажи вожаку про голодных уток в парке недалеко от универа, а мы с Васей позаботимся о вашем обеде.

Не дожидаясь ответной реплики, он с девушками поспешил за Гущиной. Время, отведённое на еду уменьшалось с каждой минутой, а вопросов после столь короткого разговора появилось много, и единственной, кто хоть как-то мог удовлетворить любопытство, была Василиса.

Рустам нагнал её, когда она уже встала в хвост очереди.

— Нам предстоит сложная задача, — улыбнулся он. — Нужно собрать сухпай для твоей подруги и моего друга.

Василиса ответила на улыбку и тут же обернулась в сторону их столика. Тимофей и Аня о чём-то увлечённо беседовали. Судя по жестикуляции девушки, тема была насущной, если не сказать горячей.

— Твоя сестра тоже спортсменка?

— Болельщица, — Рустам взял поднос. — Я смотрю, спорт — больная тема: у преподов, у студентов. Теперь задаюсь вопросом: а стоит ли брататься с «Разящими».

Внимательно следя за её реакцией, он заметил, как на милом лице между ровных бровей вдруг залегла морщинка. Беседа ей не нравилась, но комментарии по поводу фраз Матвеева всё же стоило получить из первоисточника.

— Уж лучше «Разящие», чем кто-то ещё.

— Под «кем-то ещё» ты имеешь в виду римскую когорту?

Похоже, вопрос попал в цель.

— Ты видел, да?

— Было сложно не заметить, — Тедеев пожал плечами, — но ребята — молодцы. Эффектно вышло.

— У них всё получается эффектно, — прошептала Василиса, — кроме главного: быть людьми. Так что там насчёт обеда для моей подруги и твоего друга?

Резкий переход к другой теме оказался неожиданным, но настаивать на продолжении Рустам не стал.

— Тимофей определённо точно расписал, что желает увидеть на подносе, а вот насчёт сестры я не уверен.

В глазах Гущиной промелькнула тревога:

— Она мне тоже ничего не сказала о своих предпочтениях. Чёрт…

— Да пару яблок ей возьми, — пришёл на выручку парень, — и сок. С неё хватит. Хомячок он и в Африке хомячок.

— И всё? — удивилась Вася. — У нас ещё две пары, она проголодается к концу учебного дня.

— На этот случай у неёвсегда заготовлен пакет для страждущих пернатых. Сворует у них кусочек хлеба. Уверен, утки и гуси с пруда будут не против.

Василиса широко улыбнулась, а затем, не сдержавшись, громко рассмеялась. И почему с ним было так легко? Ещё с утра казалось, что он лишь рисовался, войдя в облик эдакого мачо, главной целью которого было произвести на девушку впечатление, запудрив ей мозги, но, похоже, юмор родился вместе с ним.

— И долго будете гадать? — грубоватый возглас сотрудницы торговой сферы прервал беседу. — За вами очередь между прочим.

Недолго думая, Рустам схватил первое, что лежало в зоне его досягаемости, попутно инструктируя Василису, чтобы она взяла еды для него, пока он заботится о желудках охранников-ленивцев, оставшихся за столом. Когда лёгкий перекус был оформлен и оплачен, они двинулись обратно, весело перешучиваясь по поводу составленного меню.