Книга Блок-шот. Дерзкий форвард, страница 22 – Екатерина Беспалова

— Преподавательский состав не доволен постоянными тренировками, от которыхприходится освобождать спортсменов. Это не три и не четыре человека…

— Ты хочешь отменить внутренний матч и выставить команду Чупрунова на чемпионате? — задал вопрос в лоб Самарин. Чего ходить вокруг да около?!

Ректор молча кивнул.

— Юр, но ты же знаешь, как нам важен спортивный рейтинг!

— Команда Тимофея Матвеева уже давно не принимала участия во внешних соревнованиях, и я сомневаюсь, что будет играть в этом году.

— Но…

— «Отважные» доказали, что они — лучшие.

— Ты не понимаешь! — вскочил с кресла тренер. — Ребята тренировались всё лето, и за месяц до матча ты хочешь, чтобы я вызвал к себе Матвеева и сказал, что потраченные силы могут идти псу под хвост? Да?

В кабинете стало тихо.

— Я не буду ничего говорить Тимофею, — Самарин покачал головой. — Делай это сам на правах ректора, потому что лично я не смогу. Ребята работали в поте лица, уходили из зала выжатые как лимоны, а на следующий день возвращались и снова были готовы идти в бой. И между нами говоря: единственный, кто заслуживает место в финале, это Матвеев, потому что из двух капитанов, которые у нас есть, ответственно к своей должности относится только он.

— Если Матвеев так хорош, отчего же его команда не выиграла ни одной игры? Очень интересно.

— Да потому что играют парни умом и только потом силой. Их цель: мяч в корзине! Чупрунов калечит игроков Матвеева. Ты ни разу не задавался вопросом, почему у него постоянные вакансии защитников и нападающих?

Это было серьёзное обвинение, брошенное в адрес капитана баскетбольной команды. Администрация строго следила за тем, чтобы игроки не сталкивались друг с другом вне матча, потому что во многом рейтинг университета зависел и от спортивных выступлений.

— Я надеюсь, ты понимаешь, что говоришь? — не своим голосом почти прошептал ректор.

— Более чем.

— Я бы советовал аккуратнее бросаться фразами.

— Могу ответить за каждое слово. Тимофей — мой лучший студент.

— Твоё протеже, — поправил Юрий Вячеславович.

— Да хоть Сын Божий! Я не буду запрещать ему принимать участие во внутренних играх.

И они зашли в тупик. Каждый из них прекрасно понимал, что содержать две спортивные команды было тяжело, нелогично и иррационально, но и распускать спортсменов без предупреждения тоже казалось неправильным.

— Юр… — начал Самарин,вернувшись наконец обратно в кресло. Конструктивный диалог — только он мог помочь, долой эмоции. — Я в последний раз прошу за Тимофея. Дай мне шанс провести внутренний матч. По его результатам мы выберем команду, которая будет представлять наш университет на внешних играх и чемпионатах, даже если это окажется команда Чупрунова.

— Жень…

— Я тебе ни слова не скажу, но только сейчас не лишай Матвеева возможности показать себя.

Фролов колебался. Попытки решить проблему быстро и чужими руками с треском провалились. Он снова оказался перед сложным выбором. Финансирование университета Чупруновым-старшим было важным, но нравственная составляющая вопроса и личные духовные ценности не позволяли принять решение спустя рукава.

— Это последняя внутренняя игра, в которой принимают участие две команды, — спустя несколько долгих секунд тихо произнёс мужчина.

— Юр…

— И больше никаких поблажек, никаких жалобных речей.