Книга Наследник для Миллиардера. Ты (не) сбежишь, страница 140 – Алиса Громова

Я прижала телефон мужа к груди.

Война закончилась. Враги повержены или бегут.

Но самое сложное было впереди.

Жить с человеком, который знает, что ты знаешь.

И жить с собой, зная, что ты выбрала тьму.

Я закрыла глаза.

«Мы зачистим город», — сказал он.

Что ж, Дамиан.

Мы начнем с уборки в собственном доме.

Рассвет над Москвой был похож на разлитую ртуть. Тяжелый, серый свет просачивался сквозь панорамные окна пентхауса, делая лица людей похожими на посмертные маски.

Я сидела в глубоком кресле у кровати, которую переоборудовали в больничную койку. В спальне пахло не утренним кофе и не сексом, как раньше. Пахло стерильностью, дорогими лекарствами и той особой, звенящей тишиной, которая наступает после битвы.

В моей руке лежал телефон Дамиана.

Черный монолит из стекла и металла. Он был теплым, потому что не переставал вибрировать последние четыре часа.

Я смотрела на экран. Сообщения сыпались водопадом.

«Акции стабилизировались».

«Совет директоров требует подтверждения статуса».

«Объект Т. дал показания. Видеозапись готова. Ждем указаний по утилизации».

Объект Т.

Тимур.

Я провела пальцем по экрану, разблокируя устройство. Дамиан никогда не говорил мне пароль. Но я видела, как он вводил его десятки раз. 2020. Год рождения Миши. Тот же код, что и на двери бункера.

Его паранойя имела одну уязвимость: он слишком любил сына.

Я открыла последнее сообщение от командира «Омеги».

Там было прикреплено видео. Превью.

Я не стала нажимать «Play». Мне хватило одного взгляда на миниатюру, чтобы понять: Тимур больше никогда никому не навредит. И вряд ли он когда-нибудь заговорит без разрешения.

Желудок скрутило спазмом, но я заставила себя сделать глоток ледяной воды.

Жалость — это роскошь, которую я больше не могла себе позволить. Тимур продал нас. Он хотел убить моего мужа и забрать моего сына.

Он получил то, что заслужил.

— Елена Дмитриевна?

Я подняла глаза.

В дверях стояла Тамара Павловна.

Бывшая «Фрекен Бок», надзирательница, шпионка свекрови. Сейчас она выглядела иначе. Идеальный пучок слегка растрепался, а в глазах, обычно холодных и оценивающих, плескался страх.

Она смотрела не на Дамиана. Она смотрела на меня. И на телефон в моей руке.

— Повар спрашивает, подавать ли завтрак, — произнесла она, и голос её дрогнул. — И… там курьер из юридического отдела. Привез документы на подпись. Требует пропустить.

— Никаких курьеров, — мой голос прозвучал хрипло, но твердо. Я удивилась, насколько властным он стал. — Документы оставить охране внизу. Завтрак — только для Мишии няни. Мне — черный кофе. Дамиану Александровичу — ничего, пока не разрешит врач.

Тамара переминалась с ноги на ногу.

— Но юристы говорят, это срочно… Доверенности…

— Тамара Павловна, — я медленно встала.

Я была все в том же красном платье, помятом и потерявшем лоск, но мне было плевать. Я чувствовала себя одетой в броню.

— Я сказала: никаких курьеров. Никто не войдет в этот дом, пока я не дам разрешение. Вы меня поняли?

Она сглотнула.

— Да, Елена Дмитриевна.

— И еще. Смените коды доступа на грузовом лифте. И на служебном входе. Старые коды скомпрометированы. Новые получите у командира «Омеги».

Её брови поползли вверх.

— Вы… вы управляете безопасностью?

— Кто-то же должен, пока мой муж отдыхает, — я посмотрела на спящего Дамиана. — Идите.