Книга Наследник для Миллиардера. Ты (не) сбежишь, страница 62 – Алиса Громова

К нам подошла ЭлеонораАндреевна. Она опиралась на трость, но выглядела так, будто только что выиграла войну в одиночку.

— Блестяще, — произнесла она своим фирменным ледяным тоном, в котором, однако, слышались теплые нотки. — Дамиан, это было… театрально. Но эффективно. Акции холдинга подскочили на два пункта еще до того, как Волкова вывели из зала.

Она перевела взгляд на меня.

— Елена. Вы держались достойно. Ни один мускул не дрогнул. Добро пожаловать в семью. Теперь официально.

— Спасибо, Элеонора Андреевна, — я склонила голову.

— Я забираю Михаила, — заявила свекровь, и это прозвучало как приказ генерала. — Ему пора спать. И вам двоим… тоже пора. Банкет продолжается, гости пьют за ваше здоровье, но виновники торжества имеют право исчезнуть по-английски.

Она забрала внука (который, к моему удивлению, с радостью пошел к «бабушке Эле»), и мы остались одни.

— Куда мы? — спросил я, когда Дамиан повел меня прочь от шума праздника, в сторону главного дома резиденции.

— Домой, — ответил он. — В пентхаус ехать слишком долго. Мы останемся здесь.

В главном доме было тихо. Прислуга, видимо, получила приказ стать невидимками. Мы поднялись на второй этаж, в крыло хозяев.

Дамиан открыл дверь спальни.

Здесь пахло морем и огнем — в камине потрескивали дрова. Огромная кровать была застелена белым, на столике стояло ведерко со льдом и бутылка шампанского. Классика. Но сегодня эта классика казалась единственно верным сценарием.

Как только дверь закрылась, отрезая нас от остального мира, Дамиан прислонился спиной к панели и закрыл глаза. Маска «Терминатора» спала. Я увидела усталость на его лице. И напряжение, которое никуда не делось.

— Иди сюда, — сказал он, открывая глаза.

Я подошла. Шлейф платья шуршал по паркету, как морская пена.

Он взял мои руки в свои. Поднес к губам. Поцеловал пальцы — сначала левой руки, где теперь сияло два кольца (помолвочное и обручальное), потом правой.

— Ты моя жена, — произнес он, глядя мне в глаза. — Понимаешь, что это значит?

— Что я теперь тоже Барская? — попыталась пошутить я.

— Это значит, что я отвечаю за тебя перед Богом, законом и самим собой. Больше никто не посмеет косо посмотреть в твою сторону. Никогда.

Он развернул меня спиной к себе.

— Снимем это.

Процесс разоблачения был долгим. Десятки крошечныхпуговиц на спине. Корсет, который впивался в ребра.

Дамиан расстегивал их медленно, с методичностью сапера. Его пальцы касались кожи, вызывая озноб.

— Ты затянула себя, как в тиски, — пробормотал он, когда шнуровка корсета ослабла, и я смогла наконец сделать полный вдох. — Больно?

— Терпимо. Красота требует жертв.

— Больше никаких жертв, — он стянул тяжелое платье вниз. Оно упало к моим ногам белым облаком.

Я осталась в кружевном белье и чулках.

Дамиан обошел меня. В свете камина его глаза казались жидким серебром.

Он снял пиджак, бросил его на кресло. Сорвал галстук.

— Сегодня все будет иначе, Лена.

— Иначе? — переспросила я, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее.

— В прошлый раз я брал то, что хотел. Я метил территорию. Я был зол, ревнив и голоден.

Он подошел вплотную, но не коснулся меня.

— Сегодня… сегодня я хочу любить свою жену.

Это слово — «любить» — прозвучало странно из его уст. Непривычно. Но от него внутри что-то перевернулось.

Он поднял меня на руки и отнес на кровать.