Книга СССР-2061, страница 66 – Лев Соколов, Михаил Савеличев, Цогто Жигмытов, и др.

А я все равно не слушаю, иду. Подошла к медведю, протянула руку с камешками. Он понюхал, смешно поморщился. Повернулся и ушел.

А меня схватили в охапку солдаты и к куполу бегом понесли. А Федя рядом бежал и подпрыгивал высоко. Будто мне в лицо хотел заглянуть.

– Ребенку нужны свежие фрукты, – сказала мама дяде Вале. Валя работает с мамой в обсерватории. Он большой и толстый. Фруктов он не ест, а ест хлеб с колбасой. – И еще ребенку нужно южное солнце.

– Вы же ходите на облучение?

Облучение – это когда заводят в комнату, раздевают до трусиков, заставляют надевать темные очки и включают специальную лампу. От лампы плохо пахнет, но от нее другая польза. В организме витамины вырабатываются.

– Облучение, – хмыкнула мама. – Ребенку нужны свежие фрукты и настоящее солнце. И сверстники. Чтобы кругом толпы мальчишек и девчонок. Тогда она не будет убегать с белыми медведями играть.

– А как же экспериментальная программа? Этот отпуск в Госкомитете зубами выгрызать придется…

– Ты же сам говорил, что у нас незаменимых нет?

– Ладно. Одного незаменимого всегда можно двумя заменимыми заменить. Или тремя. К тому же, если Софье такие сны снятся, какие она тебе рассказывает, – Валя понизил голос, – то как я могу вам отказать? В Госкомитете тоже люди сидят, понимают, что так будет правильно. Как на плакате.

И показывает, где плакат висит – красная кремлевская звезда ярко светит, а под ней карапуз улыбается. Раньше, когда я была совсем маленькая, то думала, что этот карапуз – я. Но мама объяснила, что плакат очень старый. Его давным-давно сделали. И надпись на нем: «Родился под счастливой звездой».

Вечером мама сказала:

– Все, мы едем в отпуск.

– Ура! – закричала я. – И Федю в отпуск возьмем?

Мама посмотрела на Федю.

– Не оставлять же его здесь, – сказала мама. И стала собирать чемодан. А я стала собирать рюкзак.

Когда мы все собрали, мама надела на Федю ошейник и дала мне поводок.

– Зачем ошейник? – спросила я. Феде ошейник не понравился.

– Мы полетим на дирижабле, – сказала мама. – Он может испугать пассажиров.

– Я никого не буду пугать, – сказал Федя, но мама сказала, что наденет еще и намордник, и нам пришлось согласиться на ошейник.

– Готовы? – спросил Валя. – Тогда поехали. Места для вас я заказал. Полетите с демобилизованными.

– А кто такие демобилизованные? – спросила я.

– Это солдаты из АБВГ, которые отслужили на нашем острове и теперь возвращаются домой.

– Значит, мы тоже демобилизованные, – сказала я, и Валя рассмеялся.

– Софья зрит в корень! – крикнул он сквозь шум двигателя, и мы поехали.

Мы ехали на вездеходе на воздушной подушке. Я не люблю на таких вездеходах ездить. Меня укачивает. И очень шумит. Поэтому Валя кричит еще сильнее. Но мы ведь ехали в отпуск, можно и потерпеть.

– Смотри, смотри! – опять крикнул Валя. – Наша обсерватория! А потом:

– Смотри, причал!

Около причала стояла большая подводная лодка.

– Новый стратег!

А потом мы остановились перед воротами. К нам подошел офицер.

– Куда направляетесь? – строго спросил он.

– В отпуск! – крикнула я.

– В отпуск – это хорошо, – сказал офицер. – Ваши документы.

– Будто нас не знаете, – обиженно сказал Валя и протянул ему карточку.

– Знаем, товарищ директор САО, но так полагается при спецрежиме.