Книга Не говори, что любишь – 1, страница 67 – Диана Фад

— Но почему сейчас ты мне все это рассказываешь? — спрашиваю, сжимая кулаки. Я стараюсь себя сдержать. Вот зачем она мне сказала? Жил же нормально без отца и дальше бы так все и шло.

— Я возможно… Вдруг получится так, что меня не станет, ты совсем один… — начала мать, но я ее перебил:

— Не смей так говорить, я даже слышать это не хочу! — вскочил и заходил по комнате.

— Напиши отцу, Никита, — попросила мать. — И прости меня.

— Тебя мне не в чем винить, получилось как получилось.

— А его тем более не в чем, он даже не знает, что ты есть.

— Так вот. Писать я ему не буду, знакомиться с ним тоже не собираюсь, и ты забудь. Нет у меня отца, поняла? — почти кричу и одергиваю себя, нельзя ей волноваться.

— Хорошо, Никита, — соглашается мать. — Но обещай мне, есличто-то со мной случится, ты встретишься с отцом.

— Обещаю, — отвечаю сердито. — Ложись давай. Одышка опять появилась. Я через неделю на чемпионат уезжаю, попрошу соседку с тобой днем быть, справишься?

— Да, — тихо говорит мать. — Газету возьми, прочитай про отца.

— Возьму, — говорю ей и зашвыриваю газету за диван, когда вхожу в свою комнату. Падаю на него, уставившись в потолок. Отец. Когда-то давно я хотел, чтобы у меня был отец. Он водил бы меня на бокс, ездил со мной на соревнования, да рыбу бы ловил по выходным, что угодно. А теперь, когда вот он, есть, я не хочу, уже не хочу. Черт бы побрал эту девчонку. Вывела меня сегодня. Достаю телефон и пялюсь в экран, ничего. Нет от нее ни сообщения, ни звонка. Да и пошла она, принцесса «майбаха»! Что ж так больно, так маетно? Будто огнем все внутри горит, мысли о девчонке одна на другую наслаиваются, влюбился, что ли? Вот идиот!

Набираю в поисковике имя отца и удивляюсь, сколько о нем написано. "Леонид Аркадьевич Громов, генеральный директор и бла-бла, владелец паровозов и пароходов, семья, дочь, фотографии особняков, машин", а вот что-то интересное "Горе в семье генерального директора и главного акционера ООО ʺМашнефтьгазʺ смерть под колесами". "Жена Громова разбилась", "Смерть жены олигарха", "Женится ли снова один из самых богатых бизнесменов?". Отбрасываю телефон на диван, жил без отца и дальше проживу.

Немного проплакала, но потом сама себя отругала. Ничего не произошло, у нас с Никитой все хорошо. Пусть Вика говорит все, что хочет. Встала с кровати и зашла в душ, пытаясь успокоиться под приятными струями воды, вроде помогло. Надела легкие домашние штанишки и короткую футболку, вышла из комнаты, спустилась. Сейчас попрошу у Нины чаю с конфетой, шоколадной. Внезапно захотелось чего-нибудь сладкого.

Но до кухни дойти не успела, столкнулась в коридоре с вернувшимся отцом. Вот кого я бы сейчас точно не хотела видеть.

— Зайди, — бросает мне и проходит в свой кабинет, снимая галстук и пиджак. — Телефон на стол.

— Что? — удивленно смотрю на него.

— Телефон мне дай, — говорит отец, и я достаю из кармана свой айфон. А отец размахивается и бьет его об стену.

— Что ты делаешь?! — вскакиваю с дивана, пытаясь найти в этом месиве на полу хотя бы симку, но отец дергает меня за руку вверх, больно сжимая запястья.

— Ты меня, кажется, не поняла насчет Артура? Я что, непонятно объяснил?! — шипит на меня, аж трясет его всего от злости. Первый раз вижу отца таким.

— Папа, я уже сказала, что не выйду за Артура! — отвечаю ему, почти кричу. Отец размахивается и ударяет меня по лицу. Щеку словно огнем обожгло. В глазах черные точки запрыгали. Да что происходит-то?!