Книга Яд твоего поцелуя, страница 78 – Диана Фад

Возвращаемся в ложу и занимаем свои места. Георг снова наклоняется ко мне и произносит то, отчего я покрываюсь ледяными мурашками.

— Я узнал вас, да и вы меня помните. Только близкие называют меня Георгом, — тихо говорит он и замолкает.

Но и этого достаточно, чтобы я почувствовала, как запнулось от страха сердце в груди.

Георг не ждет моего ответа, уже отстранился, и я не чувствую его дыхания на моих плечах. Мне срочно нужно прийти в себя. Мысли лихорадочно мечутся в голове, и даже рука Быстрицкого, чьи пальцы поглаживают мои сейчас кстати. Я успокаиваюсь. Подумаешь, Георг что-то там себе напридумывал. Он не мог меня узнать никак.

А вот Илья узнал, — шепчет противный голос внутри меня. Но Илья знал, что я здесь буду, он подсознательно уже ожидал моего появления. Догадаться было несложно, а вот Георг… Если родной отец ничего не заподозрил, да и сестра, то как может чужой человек узнать, даже если знал тебя с самого детства? Надо отдать Георгу должное, наблюдательность у него на уровне. Вроде бы и в возрасте уже, а навыки не потерял.

За всем этим даже не заметила, как заканчивается спектакль, хлопаю, хотя спроси меня сейчас, о чем вообще он был, не смогу сказать.

Выхожу из ложи под руку с Быстрицким. Аля и папа следуют за нами. Мне даже интересно, как поведет себя сейчас сестра, которая весь вечер провоцирует Даниила на скандал. Только присутствие папы ее сдерживает.

— Подождем, когда подадут машину, и поедем. Вы не против французской кухни? — улыбается мне Даниил, а я киваю.

Незаметно высматриваю в толпе Илью с его блондинкой, он так и не сказал, что за девушка с ним. Вижу, что он стоит рядом с высоким мужчиной, который пришел с моей подругой. Наши семьи, моя и Станиславы, дружили с детства. Я ее знаю как никто, а вот она меня не узнает явно.

— Даниил, можно тебя на пару слов? — подходит к нам Аля, и я вижу, как тень раздражения проскакивает по лицу Быстрицкого.

— Я быстро, — целует мне руку и отходит.

— Вы завели неприятное знакомство, — раздается позади меня суровый голос, я оборачиваюсь, замечая мужчину, которого знаю.

Это бывший партнер моего отца Иван Николаевич Хабарин. Помню, что там какая-то некрасивая история была, когда они делили в девяностых бизнес и территорию.

— Разве? А вы? Считаете знакомство с вами подходящим? — улыбаюсь Ивану Николаевичу, который внимательно меня разглядывает.

— Никогда не считал, что на Быстрицкого клюют только умные женщины, — усмехается тот. — Вы мне не кажетесь умной, раз связались с ним.

— Ошибаетесь, нас с Даниилом Алексеевичем ничего не связывает, кроме бизнеса.

— Возможно,но я никогда не видел, чтобы он так увивался за юбкой. Даже за своей покойной женой так не бегал, а Валерия была умной женщиной.

— Вы всех женщин делите на умных и глупых? — спрашиваю, снова бросая украдкой взгляд на Илью.

Вижу, как он смотрит в нашу сторону и что-то говорит мужчине, что пришел со Станиславой.

— Не всех, некоторые мне неинтересны, а вот вы… — Иван Николаевич делает паузу. — Мы могли бы с вами поужинать на днях? Я позвоню вам завтра, договоримся о времени встречи.

— А если я скажу, что не согласна?

— Значит, я ошибся в оценке ваших умственных способностей, — хмыкает Хабарин и, кивнув, отходит от меня.

Что ему нужно? Насколько я знаю, сейчас у папы с этим грубым человеком никаких дел нет. Или мне только кажется? Как же я устала, хочется быстрее домой, залезть в горячую ванну и нареветься от души. Держусь буквально из последних сил, а еще ужин с Даниилом. Если он надеется на продолжение вечера, то его ждет большое разочарование.