Книга Измена. Ты моя тайна..., страница 21 – Диана Фад

— Хорошо, Матвей Николаевич, конечно, — суетится уборщица, — Я могила!

Делает характерный жест у своих губ, а я понимаю, что завтра об этом будет знать вся больница. Ну да и ладно, что же теперь, убиваться, что ли.

В кабинете разношу этих практикантов в пух и прах:

— Вы что тут устроили?! Вам все равно где? Не могли дома встретиться, — негодую, хожу по кабинету, а в душе на смех пробивает.

— А что такого? — возмущается Потап, — Мы никому не мешали.

— Еще бы вы мешали! Потерпеть не могли?

— Невтерпеж было.

— А то первый раз увиделись, — хмыкаю я.

— Вообще-то, первый раз в архиве, я не такая, — томно добавляет Глафира, которая уселась на мой диван и положила ногу на ногу, играя туфлей на высоком каблуке.

— Таак… — останавливаюсь напротив нее, — Туфли сменить на нормальную обувь, завтра увижу на каблуках, отстраню от практики и, Потап, раз ты за девушкой ухаживаешь, тогда иди, смой с нее эту тонну косметики. Глаза как у панды.

— Я?! — удивляется мажор, — Да я ее пять дней как знаю, мы даже не встречаемся!

— В смысле не встречаемся? — возмущается Глафира-Светлана.

— То, что было в архиве, ничего не значит, — как истинный мужчина отмазывается Потап.

— Ну ладно, уберу тебя из Листаграма тогда, — тянется к своей сумочке и достает телефон Глафира.

— Нет, я все понимаю, но элементарные задатки морали должны быть, — во мне еще играют остатки возмущения произошедшим, но я понимаю, что без толку все.

— Мы же не срем посреди лифта, — фыркает Потап.

— Ну и на этом спасибо. Встали и пошли вон из моего кабинета умываться. Через пять минут покажешь мне свое личико, — киваю Глафире.

— А как я домой безмакияжа пойду? — начинает ныть она, — У меня тени и тушь стойкие, без специальной мицелярки не смоешь!

— Умываться! — выкрикиваю я и их сдувает из кабинета.

Через пять минут заглядывают, являя на божий свет красну-девицу, Глафиру Светлановну. Присвистываю, оглядывая довольно симпатичное без этих вот смоки айс лицо. У девчонки красивые глаза, приятные черты лица. Ничего этого незаметно, когда она в макияже, только глаза и видно.

— Завтра и остальные дни практики только в таком виде, — строго говорю ей.

— Меня подруги не узнают, — хнычет она.

— Главное, чтобы я узнал. А сейчас уйдите с глаз долой, чтобы до понедельника вас не вспоминать, — отмахиваюсь от них и наконец, еду домой.

По дороге заезжаю в ювелирный магазин, покупаю Рите в подарок довольно симпатичный золотой браслет. С чувством исполненного долга принимаю душ и валюсь на диван в гостиной, чтобы немного поспать. Уже уплывая в другую реальность, слышу телефон, который вибрирует на тумбочке. Не разлепляя глаз, отвечаю и морщусь от противного голоса Лены:

— Матвей, я прилетаю на следующей неделе и привезу Стасика, будь добр нас встретить, — сообщает бывшая жена.

— Лена, бл**, мы же все обговорили, — цежу сквозь зубы, сна ни в одном глазу, — Зачем ты все портишь?!

— Это ты все решил, а не я, будь добр встретить своего сына и жену.

Лена отключается от разговора, а я какое-то время лежу, впирая невидящий взгляд в потолок. Опять все заново.

На день рождения Риты еду с охапкой воздушных блестящих шариков и подарком в красивой обертке и… С Павлом. Я не приняла кольцо, но мне его просто дали поносить, именно так и сказал Павел.

— Пусть это кольцо будет у тебя. Понимаю, тебе нужно подумать, но мне так приятно, когда оно сверкает на твоей руке. Если ты передумаешь…