Книга Бабник, страница 64 – Диана Фад

— Ну, Егор сказал, — уныло бормочет Матвей, снова устраиваясь на подушке, — Там у меня миссия начнется, — шепчет засыпая.

— Какая еще миссия, Мотя? — раздраженно снова трясу его за плечо.

— Я должен пересказать все эпизоды Звездных войн, — с закрытыми глазами бредит муж.

— У нас будут мальчик и мальчик, — начинаю объяснять мужу, — Зачем им твои джедаи в таком возрасте?

— Не знаю, Егор так сказал, — сопит в подушку муж.

— Тьфу на вас, — встаю с кровати, начиная ходить по комнате. Точнее переваливаться как утка.

Спина болит невозможно, ноги опухли, живот мешает мне во всем. Спать, обуваться, одеваться, ходить. Я похожа на спелый гранат, который скоро треснет по швам. Срок уже подошел и прошел уже как два дня. Из-за того, что у меня там двое, врач категорически настаивала лечь мне в больницу, но я отказалась. Терпеть не могу эти палаты и все, что с больницей связано.

Снова возвращаюсь к Матвею и смотрю, как он спит. Интересно, наши дети на кого будут похожи? Ну хорошо, если Никита пойдет в меня, а Эдик в Матвея. Я не против. Должна же я получить хоть какой-то бонус со всего этого. Имена мы думали долго, ругались, мирились, в итоге остановились на этих, даже не прибегая к лунному календарю. Нет, Матвей хотел назвать Люк и Дарт, но нас всеотговорили.

— Дарт, что за хрень какая-то? — кричал будущий дед.

— Это, Дарт Вейдер, папа, — терпеливо объясняла я, — Из кино.

— Господи, кого мы родили, — хватается папа за голову, а мы с Матвеем понимаем, что эти имена явно не подходят.

Пришлось отказаться, не называть детей в честь героев из фильма. Тогда и вернулись к земным и привычным. Живот полоснуло острой болью, заставляя меня охнуть и согнуться.

— Мотя, — снова тереблю мужа за плечо, — Мы рожаем, Моть.

— Угу, — соглашается он, продолжая сопеть в подушку.

Снова боль, дышу, пытаясь набрать воздуха. Размахиваюсь и бью кулаком прямо мужу в глаз.

— Ааа, ты чего? — вскакивает Матвей, озираясь по сторонам.

— Рожаю я! — ору, что есть мочи на весь дом.

— Как рожаешь? — застывает на месте Матвей, — А маме позвонила?

— Нет, — держусь за живот, чувствуя, как по ногам течет потоп.

— А папе? — муж бледнеет, наблюдая за лужей на полу, — Что-то мне не хорошо, — хватается за стену рукой, собираясь сползти на пол.

— Стоять! — гаркаю во все горло, делая вздох между схватками, — Быстро, взял себя в руки! Неси мне одежду, дежурный чемоданчик и мчи в роддом, как космический корабль!

— Понял, — заметался по комнате Матвей, хватая в руки все без разбора.

Я спокойно села на кровать, оглядывая мокрый подол и пытаясь стянуть с себя шорты.

— Что наденешь? — подлетает муж.

— Платье вечернее, красное с черными стразами, — невозмутимо отвечаю я.

— Понял, — мечется к шкафу Матвей и возвращается с платьем, в котором кружевной корсет и пышная юбка.

— Моть, ты вообще неадекват? — указываю взглядом на свой живот. Схватки неожиданно отступили, и я чувствую себя прекрасно.

— Зачем говоришь тогда про платье? — завывает муж.

— Комбинезон давай, тот голубой из бархата. Мне сейчас он в самый раз, — наконец, иду на милость и через двадцать минут спускаемся в лифте, опираюсь на мужа, который стоит и весь трясется, — Я похожа на телепузика?

Глупо хихикаю, верчусь перед ним боками.

— Машаа, — завывает Матвей, — Мы едем или нет?

— Да ладно, поехали, прокатимся, — стукаю его по плечу и иду по подземному паркингу к машине, но не дохожу метров пять, почти падаю от новой боли, которая еще сильнее.