Книга Чумовой отпуск для Босса, страница 19 – Лана Светлая

— Стану! — киваю так яростно, что волосы хлещут меня по лицу и плечам. — Если мы забываем… ЭТО, то оставшиеся дни я буду очень послушной. Ну, касательно, работы над контрактом.

Он бубнит себе что-то под нос, но я даже не прислушиваюсь.

Мне бы унять своё бешено колотящее сердце и мозги опять на место поставить. В его присутствии я точно не смогу это быстро сделать, поэтому решаю свалить.

— Я домой, а вы догоняйте, — громко говорю шефу и даю деру с берега реки.

Никогда ещё я не пробегала расстояние от реки до дома за столь короткий срок.

При виде знакомого трактора и такой же знакомой мужской фигуры у моих ворот, все мысли про поцелуи с шефом моментально испаряются.

Зато появляется досада и злость.

Да сколь же можно меня преследовать⁈

— Миша, ты какого чёр… — агрессивно начинаю я, как только встаю рядом с незваным гостем.

Но закончить мне не дают.

Стремительно притягивают к себе и затыкают рот поцелуем.

Да едрёна вошь, как сказал бы дед.

У меня по гороскопу сегодня что ли день поцелуев⁈

Герман

Это что за фигня здесь творится⁈

Охреневаю от картины целующейся Марии с каким-то левым мужиком, по всей видимости, трактористом.

— Кх-х! Кх-х! — кашляю громко и агрессивно.

Мне капец как не нравится, что Маша спокойно стоит на месте, пока её лобызает какой-то хрен.

После моего покашливания, девушка оживает и начинает рьяно выбираться из объятий этого перца.

Тот с недоумением осматривает меня с ног до головы. После чего недовольно сводит брови, но Машу отпускает.

Немного радует то, что она отходит от него на пару шагов назад. И как бальзам на душу её следующий жест — она вытирает свои губы тыльной стороной ладони. Выглядит так, будто она хочет стереть этот неприятный след на своих устах.

Выкуси, придурок! После наших поцелуев она не вытирала свои губы.

— Это кто? — всё-таки вырывается из меня градус моего недовольного кипения.

— Ай, а это мой бывший парень Миша, — нервно и даже как-то зло начинает разруливать Иванова.

Бывший⁈ Это точно? Так как в моём понимании, так бывшие не целуются! Да, вашу мать, они вообще не целуются!

Мария отходит от парня ещё на пару шагов подальше, как если он может снова полезть целоваться.

— И давно вы бывшие? — на всякий случай решаю уточнить.

— А так… Год приблизительно, — скомкано отвечает мне девушка и, видимо, отойдя от шока, вперивает злой взгляд в тракториста.

— Миш, ты совсем что ли? С какого перепугу? Давно по морде не получал? — воинственно начинает выступать моя помощница.

Мне даже как-то легчает, но оборзевший и своевольный взгляд тракториста поверх головы девушки направлен только на меня. И я чётко понимаю, что бывшие они только в мире Ивановой, а вот у этого придурка они вполне себе ещё пара, у которой случилась временная размолвка. Ну и что, что какой-то год прошел… Дебил, короче, упоротый.

— Это кто? — цедит сквозь зубы тракторист, кивая головой на меня.

— А вот тебе-то какая разница⁈ — рычит она. — Это мой… — решает всё-таки представить меня, но тут уже я её перебиваю.

— Герман. Просто её Герман.

Зачем я это сделал? В душе не знаю… Но что-то в моём теле требует объявить Марию моей. По факту, Иванова Мария Борисовна и так моя… это записано в трудовом договоре, если что. И вообще, я её пятнадцать минут назад целовал, а это почтикак печать. Даже если она решила, что это мне голову солнцем напекло, я-то себя знаю — кого попало и просто так я никогда не целую. Тем более мою собственную личную помощницу.