Книга Как я в сказке любовь искала, страница 8 – Ксения Хиж

- Я много чего умею, - философски заметил Мстислав, усаживаясь в позу лотоса и принимаясь вылизывать лапу. – Например, могу молчать сто лет подряд, но сегодня не мой день для молчания, и не мой день для голода. Иди готовь!

- А что готовить-то? – растерянно спросила я, спускаясь с лежанки. Ноги были ватными.

- Что хочешь! Только не вари папоротник, от него у домового метеоризм. И не вздумай трогать запасы хозяйки грибы в берестяном туеске. От них начинаешь понимать язык ветра, а это, поверь, не самое приятное знание. Ветер вечно ноет о сквозняках.

Я, словно во сне, огляделась.

На лавках у стола царил идеальный, почти стерильный порядок. У печки, скрежеща щеткой по медному тазу, копошился домовой. Увидев меня, он фыркнул, выпустив облачко пыли, и демонстративно отвернулся.

Покопавшись в запасах, я нашламуку, яйца и подозрительно синее молоко. Решила испечь блины. Процесс напоминал квест в режиме «хардкор». Печь сама решала, когда ей гореть, то разгораясь жарким пламенем, то едва тлея. Сковорода норовила ускакать, а мука, когда я ее просеивала, вдруг чихнула, подняв облачко белой пыли.

Первый блин, как и положено, вышел комом. Но ком этот вдруг пискнул, свалился на пол и ускакал в щель под половицами.

- Не переживай, - лениво прокомментировал Мстислав, наблюдая за этим безобразием с лавки. - Его мыши съедят. Они небрезгливые.

Второй блин удался на славу.

Я с торжеством протянула его коту. Котяра благосклонно принял дар и проглотил угощение за две секунды.

- Сносно, - произнес он, облизываясь.

- Пожалуйста, - съехидничала я и принялась за следующий блин. Он вышел ажурным.

Я села за стол, наконец-то собираясь позавтракать, как вдруг в дверь постучали. Непрошеной гостьей оказалась высокая, худая дама в мантии из мха и тины, с влажными, спутанными волосами и пустыми, как омуты, глазами.

- Влада нет, - сразу же, на автомате, сообщила я, научившись уже на уровне инстинктов определять нечисть.

- А я и не к нему, - просипела кикимора, вплывая в избу без приглашения. Ее взгляд упал на тарелку с блинами. - Я к новой. Поглядеть на тебя. Ох, блины!

Не дожидаясь ответа, она уселась за стол и схватила блин. Съела его в одно мгновение, даже не прожевав.

- Неплохо, - оценила она, облизывая длинные, бледные пальцы. - А теперь, милочка, предупреждаю: не заглядывайся на моего Влада. А ты… - она окинула меня уничижительным взглядом, - временная. Просто одна из следующих.

Вот это поворот!

Я аж на месте заерзала.

- Да мне он не нужен! - возмутилась я, чувствуя, как от этой особы веет ледяным холодом и запахом гнилого болота.

- Все вы так говорите, - вздохнула кикимора, и в ее голосе прозвучала тысячелетняя усталость. - А потом остаетесь, что не выгонишь. Ладно, пошла я, у меня болото без присмотра, там лягушки распустились совсем.

Она ушла так же внезапно, как и появилась, оставив за собой шлейф запаха тины и грусти.

Я вздохнула, чувствуя себя окончательно выбитой из колеи. Она откусила свой, наконец-то остывший, блин. И тут же поперхнулась: блин был с грибами. С теми самыми, из берестяного туеска, до которого я вроде бы и не дотрагивалась.

Эффект наступил мгновенно.

Сначала я услышала, как изба тихо вздыхает: Ох, опять эти люди, натопчут, накрошат… Намучилась я тут за свои века.

Потом до меня донеслось ворчание самовара: вскипятили и бросили, неблагодарные, сижу тут, остываю…