Книга Про Любовь..., страница 11 – Нора Ольвич

«— куда она уехала»?

«— Митяй, он точно ничего не скажет».

«— молчит и смотрит, что волчара».

«— их дружба, от неё ничего не осталось».

*****

— Тоня, с этим нужно что-то делать!

— С чем? Мама ты о чём?

Я стояла во дворе и смотрела как отчим управляется молча с газонокосилкой. Двор и участок в целом становился будто бы футбольным полем. Пять кустов винограда сорта «мускат» после стрижки походили на переселенцев из Франции.

— Отчего молоко такое жирное?

Мы встретились взглядами с Николаем.

— Отчего оно жирным бывает?

Прошептала.

— Не знаю.

Он пожал широченными плечами тренера по хоккею и углубился в свою занятость. Его больше ничего не интересовало в этом мире. Нужно было водить плавно триммером, разгоняя веером одуваны, клевер, пырей и осот. А после ловить на себе обожающий взгляд жены. Хрупкой и такой возвышенной, что аж дух захватывало.

— Блин, что с молоком не так?

Развернувшись пошла в дом, из которого хмуро вышел Захарий. Характер умамы Лены был ещё тот. Кот её побаивался и решительно не желал ввязываться в спор о том, имеет он право спать на моей подушке или нет. С сегодняшнего дня мы с ним переехали на мансарду, а спальню заняла родительница с мужем.

— У деда этого, знаешь, все молоко покупают. Что не так?

— И на всех у него хватает?

— Коровы две. Или больше. Не знаю. Пастух он местный вроде как. Я не помню всех жителей посёлка. Честно.

— Ясно.

Мама развернулась ко мне лицом. Вернее, будет сказать, она отвернулась от холодильника, который продолжала наполнять всё время после приезда. Бледная взволнованная отчего-то. А после вдруг мрачная и понурая.

— Морозилка укомплектована. Тонь, ты это. Знаешь. Поговорить надо. На вот выпей.

— Что это?

— Молоко. Попробуй.

Сделав несколько глотков целебной жидкости, я вдруг ощутила, как на душе становится легче. Слова мамы доносились до меня как из другого мира.

— Я правда не знала для кого приворот. Поверь, я ни за что не сделала бы этого.

— Что?!

Смотрела в глаза! Такие же я вижу каждое утро в зеркале.

— Мама, ты о чём? Какой приворот?

Она вдруг всхлипнула.

— Прости.

Я благодарила косилку во дворе за то, что она работает как безумная и Николай одел наушники с очками.

— Катя. Тогда. После своего возвращения, она подошла и умоляла помочь ей. Мои приезды! Лучше бы я не приезжала! Но я чувствовала, что что-то происходит у нас в доме нехорошее! Она говорила…. Что уехала из Питера из-за того, что мужчина любимый её бросил. Что ей пришлось от ребёнка избавиться. Он вроде, как и не женат, но и не свободен полностью был. Он уехал в Австрию и не взял её с собой.

— Зачем уехал? Кто?

Я в отупении замерла.

— Обмены, гранты. Не помню. Она жила с ним.

— Этого не может быть! Все знают, что она, для Серёжи себя берегла. Янка меня шалавой всегда обзывала, покрывая подругу.

— Яна ничего не знает, или делает вид, что не знает. Или знает часть правды. А Катю я научила как «сберечь» себя и мужчине «девушкой достаться». А ещё она приворот просила. Я даже подумать не могла о каком Сергее она говорит.

У меня что обмерло в груди.

— Ты же не делала этого!

— Сделала!

— Тебе же бабушка всегда запрещала!

— Катя, она смогла уговорить меня, обещая, что никогда больше не будет думать о самоубийстве. Знаешья вдруг увидала её счастливой в браке. Да. Будут трудности, но после рождения ребёнка всё угомонится. Я не видела возле неё твоего Сергея. Её мужчина всегда оставался в тени. Будто судьба решала, выбирала, кто это будет.