Книга Доводы нежных чувств, страница 127 – Яна Смолина

— Доктор Хадсон передал антибиотики из своих запасов, — проговорила она. — Их не обязательно хранить в погребе, можно вынести и начать применять. Тяжелую форму кишечных инфекций они лечат дней за десять.

Габриэль равнодушно хмыкнул, вкладывая в этот звук указание на то, что он и без неё уже всё понял.

— Ваши ящики здесь в погребе, — он махнул рукой в сторону люка на полу, прикрытого деревянной дверцей. —В медпункте тоже есть погреб, но там мало места. Когда что-то нужно, приходится отсюда тащить, поэтому если что-то надо, говорите заранее.

— У вас тут порядок, достойный самых высших похвал, — серьёзно проговорила Пати.

— Не подлизывайся, — буркнул врач. — Они снова пересеклись гневными взглядами.

— Где мы можем провести осмотр солдат? — спросила Адалин.

— Так и быть. Выделю вам угол. Дорогу ко мне все знают — не заблудятся. Ну всё, экскурсию закончили, у меня дела. Вперёд, на выход, — он указал рукой на дверь, не дожидаясь ответной реакции. Девушки вышли из флигеля уже без доктора, чему Патриция, возмущенная его высокомерием, хотела радоваться, но не получалось.

— Он что, серьёзно? — прошипела она. — Он только что предложил нам торчать у него целыми днями напролёт, осматривая пациентов? Да я повешусь или его самого стетоскопом задушу!

— Успокойся. Нам будет не до него. Работы предстоит много, лучше начать пораньше.

Девушки проходили уже знакомой дорогой к корпусу для женщин. Внезапно они услышали шум, доносившийся со стороны ветхого покосившегося сарая. Любопытство пересилило стремление не вмешиваться в чужие дела и доктора, не говоря друг другу ни слова, на цыпочках приблизились к деревянной постройке. Через минуту не осталось сомнений — за стенами сарая происходило то, что часто происходит между мужчиной и женщиной, которые думают, что их никто не видит. Тяжёлое дыхание и тихие стоны ускорялись. В какой-то момент стенка, к которой прижимались девушки, стала покачиваться. Спустя минуту, шумы утихли, а вскоре из двери сарая вышел мужчина в форме офицера, оглядываясь по сторонам и поправляя брюки. Адалин выглядывала из-за головы подруги, прижимаясь к боковой стене, а потому видела мужчину только со спины. Когда он повернул голову, при свете полуденного солнца обе девушки сразу узнали профиль одного из военных, заседавших днём ранее в кабинете вместе с генералом. Они переглянулись, затем продолжили слежку. Ещё через минуту из дверей показалась девушка. Она была невысокая со светлыми вьющимися волосами. Она тоже огляделась по сторонам, а когда развернулась, чтобы уйти, сомнений не осталось. Большой живот, характерный для последних месяцев беременности говорил сам за себя.

— Знакомьтесь, лейтенант Виндлоу, перед вами Фани собственной персоной, —Пати взглянула на подругу.

— Ей совсем скоро рожать, — протянула Адалин.

— Ну она, видимо, решила ускорить этот процесс.

— Пойдём, — обеим уже хотелось выйти из своего укрытия. — Ты помнишь, что говорила миссис Фултон? — начала Адалин, когда они вернулись на тропинку.

— Что ей не нужны дети? Да, это какая-то дикость. Не понимаю, что с ней не так.

— Малышей отдают в деревню бездетным. А что происходит с теми, кого не удаётся пристроить? — встревоженно спросила Адалин.

— Лучше, наверное, об этом не думать, — заключила Патриция. — Пошли скорее, я есть хочу и брюки уже сваливаются.