Книга Доводы нежных чувств, страница 64 – Яна Смолина

Как бы Адалин ни было обидно, она сдержалась и не высказала профессору всего, что думает о нём, о некоторых из его коллег и о Питере Бруксе. Ведь это вряд ли возымело бы смысл, а лишь истощило бы её морально. Многие здесь были не готовы к переменам, для принятия которых требовалось время и Адалин решила не торопить его.

Происшествие хоть и испортило мисс Виндлоу настроение, но ненадолго. Её внимание совсем скоро переключилось на лекцию о строении дыхательной системы и способах лечения тяжёлых легочных инфекций,на практическое занятие по восстановлению разных вариантов перелома запястного сустава у специального манекена и фиксации его гипсом, а также на лабораторную работу по химии, на которой Джеймс О'Брайан получил ожог кислотой из-за собственной криворукости. Обработка ожога несчастному стала бонусом к лекции под дружные смешки и подначивания бедолаги.

Вечером Адалин вернулась в свою комнату уже без происшествий. Уставшая и голодная она в чём была плюхнулась на свою постель.

— Я не выдержу, — простонала она, вспомнив утреннее недоразумение.

— Да брось, я ж выдерживаю, — Пати уже чувствовала себя более-менее сносно и теперь потягивала чаёк, сидя за столом у окна. — Ты пнула его, как я велела?

— Нет, не успела. Хотелось всех их отпинать. Что за люди? Ну почему так? — она подскочила. — Мы ещё и скрываться должны на лекциях. Я, между прочим, с дальнего ряда ни черта не вижу! — Она уже переходила на крик.

— Чай будешь? — спокойно спросила Пати, которая, как и Адалин, умела не заражаться эмоциями взвинченного собеседника.

— А есть что-нибудь покушать? — она снова обессилено села на застеленную кровать.

— Да, немного варёного мяса и картошка. Правда уже всё остыло. Будешь?

Адалин кивнула и принялась лениво раздеваться.

— В этих брюках у меня всё на виду. Кто вообще решил, что так мы отвлечём от себя внимание? Я как голая хожу.

— Кстати говоря, пиджаки в этом году удлинили. Раньше форма была такая, что я короткими перебежками пробиралась из корпуса в корпус. Слушай, ты привыкнешь. С ними, как с животными, если видят, что боишься, окружат и обглодают. Надо быть сильнее и жёстче. Не верю, что ты сдашься. Я тебя как первый раз увидела, сразу поняла — боец. Так что не разочаруй меня! Иди ешь. Лекции только сначала дай переписать.

Адалин, теперь уже облачённая в любимую рубашку и юбку, села рядом с подругой за стол. Она передала ей конспекты, после чего принялась лениво пережёвывать кусок холодного мяса. Следовало прочитать пару глав учебника по анатомии к завтрашней лекции, но сил и желания на это не оставалось. Чтобы изгнать мысли о неизбежном она спросила.

— Ты слышала о суфражистках?

— Слышала, — хмыкнула Пати. — Я даже ходила посмотреть, что они такое.

— И как тебе?

Девушка отвлеклась от изучения пропущенного материала и воззриласьна сокурсницу серьёзным взглядом.

— Кучка обиженных жизнью девок. Собираются, что-то обсуждают в голос. Друг друга не слушают — лишь бы самой высказаться — пьют чай, иногда что-нибудь покрепче — потом расходятся. Всё. Внимания не стоят хотя бы потому, что их никто не воспринимает всерьёз.

— Я слышала, что они добились того, чтобы женщин стали принимать в университеты.

— Это они так думают. Нам просто с деканом повезло — прогрессивный мужик. Суфражистки считают, что их эти митинги, протесты и петиции что-то решают. Ты смотри, даже не думай к ним прибиваться — по кривой покатишься. Если хочешь знать моё мнение, я считаю, что такой вот общественной деятельностью страдают те, кому некуда время своё девать. Если все начнут в партии вступать и протестовать у дверей правительства, кто работать будет?