Книга Мой нежный котик, страница 30 – Яна Смолина

— Неужели я не вовремя? — спросил он, усмехнувшись, и начал обходить машину, приближаясь ко мне. — Подозревал, что здесь что-то происходит, но не думал, что и ты к этому причастна, Лена.

— Хотите меня обвинить? — я отступила, увеличивая расстояние между нами.

— Я бы не стал, окажись ты на рабочем месте у меня в спальне. Но ты здесь.

Мне не нравился его взгляд. Даже в темноте он сверкал опасной холодностью человека, привыкшего рассчитывать каждый свой шаг. Артур не оставит меня в покое. Теперь уж точно.

— Вы правы, кое-что происходит, — сказала я, стараясь усмирить тяжёлое дыхание и не слишком сильно кривиться от боли — В первый же день работы в этом доме меня окатило вашими проблемами по макушку. До сих пор расхлёбываю.

— Но разве тебя кто-то просил об этом?

Я не успела ойкнуть. Оказавшись с краю от бампера, Артур ловко перемахнул через него и в пару секунд вырос напротив меня. Сопротивляться, да и вообще сделать хоть что-то не было сил. От боли в суставе уже подташнивало. Издав жалобный скулёж, я зажмурилась и ощутила, как мужчина прижал меня собой к машине.

Я понимала, что полностью нахожусь в его власти. Он подозревает меня, и его можно понять. Каждый бы заподозрил неладное, если на его территорию лезут через вентиляцию.

От боли и усталости мозг перестал соображать. И дав волю эмоциям, я затараторила, продолжая держать веки крепко сжатыми:

— Я здесь ни при чём, Артур Михайлович! Ваша Маша и какой-то мужик пришли сюда, когда я работала. Они такое вытворяли в вашей спальне и такое говорили, пока я пряталась под кроватью, что волосы на голове шевелились. А потом Витька этот, идиот, повёлся на лёгкие деньги, а я папку синюю подменила, и меня чуть не убили! Если бы ни Тучка, — я замерла, позабыв обо всём и вся, кроме своего героического кота.

Как же я могла не вспомнитьо нём сразу? Мой рыцарь. Он ведь спас меня, и если бы не он, возможно, сейчас мои бренные останки покоились бы на дне местного озера.

Тучка, где ты теперь? Я всхлипнула, а потом скривилась от рыданий и уткнулась лбом Артуру в грудь.

Он не останавливал меня. Наоборот. Даже как-то осторожно приобнял за плечи, стал поглаживать, легонько массировать, а потом хрясь и дёрнул мою руку в сторону так, что я взревела от боли.

Округлив полные слёз глаза, рот и всё, что можно было округлить, я с ужасом посмотрела на мужчину.

— Сейчас станет легче, — спокойно сказал он, положив тёплую ладонь на больное место. — У тебя был вывих. А теперь пошли в дом, и ты всё мне расскажешь.

Через четверть часа я уже сидела за столом на просторной, светлой кухне, а Воронов суетился у плиты. Хотя нет, у плиты обычно суетится моя мама, а Артур очень ловко и изящно, как кот открывал шкафы, вынимал оттуда что-то, постукивал ложкой по кастрюле, стряхивал баночки с приправой. Я словно подписчица развлекательного канала для скучающих домохозяек, где парень с бицухой и томным взглядом очень чувственно готовит какую-нибудь ерунду, пускала на него слюни. Ну правда ведь, мужчина, который способен смешать ингредиенты, поигрывая мускулами, эротично облизнуть нож, а потом очень ловко нарезать им пучок зелени — отдельная форма соблазнительного мачо. Пусть даже стряпню его совершенно невозможно есть. Важен сам процесс.

Любуясь супругой задницей Артура, о еде в ту минуту я думала меньше всего.