Книга Мой нежный котик, страница 39 – Яна Смолина

— Конечно, приду. Я как раз отцу твоему обещал триммер занести. Сегодня доставили. Старый ремонту не подлежал.

— Опять ворчать будет. В его понимании нет техники, которая не подлежит починке. Есть криворукие ремонтники.

— Пусть ворчит. Вали всё на меня. Как там принято говорить? У богатых свои причуды?

Я хрюкнула со смеху. Ну да, родители приняли Артура в роли моего жениха. Да что там, весь посёлок мгновенно проникся симпатией к человеку, сделавшему для кого-то безвозмездно и на добровольных началах доброе дело. Подобное далеконе каждый день происходит. Артур не спешил рассказывать всем про детский лагерь во многом из-за злосчастного документа. Лишний шум мог навредить ему, а потому его вполне устраивало всеобщее негодование. Пусть думают, что он очередной обнаглевший богатей, и ненавидят его. Когда придёт время, полюбят. И время пришло.

Вопреки ожиданиям, он не отнял озеро у местных. Пляж можно было свободно посещать всем желающим. А загораживали его только на период строительства, чтобы посторонние не шастали, когда стройматериалы в свободном доступе лежат. Бери — не хочу.

Тучка спрыгнул с моих рук, завидев у забора одного из коттеджей симпатичную рыжую кошку. Проводив его насмешливыми взглядами, мы с Артуром повернули домой.

— Артур Михайлович, — раздался чей-то голос, когда мы пересекли лесок. Обернувшись, увидели двух пожилых дам, которые спешно к нам приближались.

— Насилу вас догнали, — заговорила Марья Львовна, отдуваясь и вынимая чеплашку с ягодами. — Мы с Верой Ивановной давно хотели лично выразить вам своё восхищение, Артур Михайлович. Золотой вы наш человек. Вы столько делаете для этих детей, вы такой молодец, что слов нет, какой вы молодец.

— А я всегда говорила, что Артур Михайлович мужчина с понятием, хороший, честный, — подхватила Вера Ивановна и, в свою очередь, вынула банку солений. — Вот возьмите от нас гостинцев. Всё своё, не химия какая-нибудь магазинная. Берите, берите.

— Ой, Леночка! — обе как будто не сразу заметили наличие меня рядом со своим героем. — Ну какая вы пара! Чудесная пара! Повезло тебе, Леночка. Мы слышали, ты что-то там нарисовала у Артура Михайловича дома. Природу или натюрморт какой?

Дамы с нескрываемым любопытством уставились на меня. Я же, стараясь не сильно кривиться в попытке сдержать смех, бросила беглый взгляд на Артура и, осознав, что этот улыбака не собирается мне помогать и тоже чего-то ждёт, ответила:

— Не то, чтобы натюрморт, но отбивная средней прожарки там имеется, если можно так сказать.

Дамы озадаченно переглянулись.

— Ой, ну мы заболтались, — сказала первая, подхватывая вторую под руку. — Всего хорошего, молодые люди. Я тебе, Лена, завтра два ведра груши принесу. Передашь Артуру Михайловичу.

Женщины обошли нас и пару раз обернувшись, скрылись за поворотом на свою линию.

— Отбивная средней прожарки? —медленно повторил Артур, привлекая меня к себе.

— А что я должна была сказать? Я запаниковала.

Артур вдруг приблизился и, втянув запах моих волос, глухо проговорил:

— У меня аппетит проснулся, Лена. Хочу отбивную и немедленно. Обед у мамы подождёт.

Я с опаской посмотрела на него.

— Что, прямо здесь? До твоего дома идти далеко.

— Идти да, — он вдруг хлопнул меня по попе, да так, что всё тело пробило жаром, и сердце взволнованно заколотилось. — Но ты же у нас быстро бегаешь. Беги, Лена, а я буду тебя догонять.