Книга Мой нежный котик, страница 7 – Яна Смолина

— Как зовут-то? — спросила мама, когда мы уже чаёвничали, указывая взглядом на кошака. Тот довольно быстро освоился и, взобравшись на обшарпанный, деревянный подоконник, гонял муху.

— Никак. Просто кот, — ответила я, принимая у неё блюдце с печеньем.

— То есть? — папа непонимающе развёл руками. — Завела кота и даже имя ему не придумала?

Я озадаченно поджала губы. Почему-то даже мысль такая не посещала. Всё это время я считала, что зверёк со мной ненадолго, что вот-вот найдётся хозяин, и нечего сильно к нему привязываться. А после вопроса задумалась. Ведь правда, сколько ещё можно ждать? Мой это кот. Теперь точно мой.

Глянула на своего питомца. Он уже успел соскочить с подоконника и спешил потереться о мамины ноги. Она к тому времени взялась разделывать рыбу для ухи.

Задумчиво подперев ладонью щёку, я ещё с минуту наблюдала за тем, как кот вытягивается во весь рост и с вожделением ловит носом аромат сырой рыбы.

— Чего тут думать? — прервал мои размышления отец. — Васькой назови и хватит с него.

— Ну нет, Коль, — подала голос мама. — Ну какой он Васька? Ты посмотри, чертёноксамый настоящий.

— Тогда пусть будет Шахтёр, — усмехнулся папа. Поймав два наших вопросительных взгляда, поспешил исправиться. — Или Уголёк. Ой, короче, сами думайте. Я пойду. Михалычу обещал помочь с насосом.

— К обеду возвращайся, — крикнула мама ему вслед.

Проводив широкую и немного сутулую под тяжестью лет спину отца взглядом, я подошла к маме, взяла нож и стала помогать с готовкой.

— Мам, — осторожно начала я. — Ты не знаешь, кто у нас тут с охотничьей собакой в лес ходит?

Её нож после моего вопроса вдруг соскочил, и она порезала палец.

— Ай! — женщина прижала его к губам и, оставив работу, бросилась вынимать из зелёного шкафчика над головой перекись.

— Вот всё не слава богу, когда о нём разговор заходит, — проворчала она.

— О ком?

— Этот хмырь с собакой — проклятие всего нашего товарищества! Он явился сюда в конце прошлого лета, участок купил у наследников бывшей хозяйки, земля ей пухом. Хорошая были женщина. Я даже подумать не могла, кто на её место пожалует. Он тут такое строительство развернул: скупил соседние участки, снёс там всё и хоромы себе отгрохал похлеще всякой усадьбы с имением. Шум стоял, пылища летела, грузовики туда-сюда, туда-сюда. Я как вспомню… Вся растительность на участке лежала под слоем пыли. Не знали, чем спасаться.

— Вы не пытались с ним договориться?

— Что ты⁈ Какой там. Его тут не было никогда. Одни только строители, инженеры, да прочие наёмные работники. Им начнёшь претензию предъявлять, а они: «Мы ничего не знаем. Нам заплатили, мы работаем», и всё. В управлении товариществом тоже руками разводили. Мол, человек собственник. На своей собственности что хочет, то и делает. Ох, намучились мы тогда. Но не это самое печальное, Лена, — мама тяжело вздохнула, устремив взгляд в окно. — Воронов этот отхватил себе ещё и участок земли вокруг озера и собирается построить там коттеджный посёлок или турбазу. Короче, не суть важно. Главное, что путь туда для нас закроется.

— Как? — я изумлённо вылупилась на маму. — Наше озеро? Но оно же общее?

— Было общее. И теперь придётся к этой мысли привыкнуть.

Я едва не заплакала. Озеро в сосновой роще было самым настоящим местом силы для всего товарищества. Туда приезжали из города, чтобы отдохнуть, искупаться и надышаться хвойными ароматами соснового леса. Папаходил туда на рыбалку, а я в этом озере плавать научилась. Да и не только я. Детские вопли и хохот не смолкали на песчаном берегу во все дни купального сезона. Кто бы мог подумать, что в один момент всё рухнет, и этот райский уголок станет лакомой добычей для какого-нибудь толстосума.