Книга Дочь алхимика на службе у (лже)дракона, страница 6 – Яна Смолина

Калли на долю секунды округлила глаза. Но, осознав, что в её положении испуг не сыграет ей на руку, собралась.

– Вас уже пытались лечить, – утвердительно проговорила она, вглядываясь в подтёки на шее нездорового оттенка.

– Пытались. Я им руки повыворачивал за их лечение. Они полезли ко мне с ножом! Тоже мне лекари. Вот так зарежут и пикнуть не успеешь, – он поморщился от едва ощутимого прикосновения руки Калли.

– У вас нарыв, господин, его необходимо вскрыть, – сказала девушка, вернув голосу хрипотцу, о которой с непривычки позабыла.

Мужчина смерил её яростным взглядом.

– И ты туда же! Наир, был прав, нечего с тобой возиться. Пошла прочь и не появляйся здесь больше, – злобно процедил он, намереваясь одеться.

Его товарищ, обрадованный своей сомнительной победой, уже приближался, чтобы закончить то, что начал.

– Ничего, братец, – сказал он, злорадно посмеиваясь, – я устрою всё так, что эта грязная оборванка не появится больше ни здесь, ни в другом месте. Даже если её станут искать, то не найдут при всём желании. Никто ещёне выходил живым из бездны Мерек, – он снова вознамерился приподнять девушку за шиворот.

– Хорошо! – Калли дёрнулась в сторону, чтобы избежать рукоприкладства.  – Если ты не желаешь скорого лечения, то я могу убрать боль! – протараторила девушка. – Она уйдёт, и ты даже сможешь немного поспать, ведь ты не спал много дней, я вижу это. Но знай, – она с трудом переводила дух, отбиваясь от своего недруга, – знай, что потом боль снова вернётся, если не дать хвори выйти. Сейчас и здесь ты должен решить, иначе завтра твой недуг разольётся по всему телу, и ты умрёшь в муках.

Двое замерли в нерешительности. Наир опомнился первым и всё же сгрёб хрупкую девушку в крепкий захват. Привыкший делать, а потом думать, он всякий раз злился, когда сомнения мешали действовать.

– Мне нет интереса вредить тебе, – отчаянно кричала Калли, брыкаясь в тисках рук стражника. – Но я не хочу умирать, а потому сделаю всё, чтобы тебя спасти. Прошу, поверь! – она вскрикнула, получив удар под рёбра от уже заметно взбесившегося Наира.

– Как же ты надоела, старая! – злобно процедил он. – Пошла! Пошла, я сказал! – он вознамерился было снова пнуть её сапогом.

– Наир, – глухо протянул Котеб, загробным голосом, способным пробрать до мурашек. Он одарил обоих совершенно безжизненным взглядом человека, измученного физическим страданием. Говорить чего-то не требовалось, товарищ понял его без слов.

Стражник злобно встряхнул Калли, с трудом сдерживая ярость. Та почти упала к ногам бедняги, осознавая, как устала ото всего. Она даже не мечтала быстро закончить с ним, а потому старалась не думать о дикой головной боли, которая отдавалась мучительной пульсацией. Она вынула какой-то пузырёк из своей сумки и велела бедолаге выпить его, после чего расстелила кусок относительно чистой материи, высыпала на него пригоршню серого порошка, смочила его густым чёрным раствором, свернула и вознамерилась наложить компресс на повреждённую шею.

В ответ на недоверчивый взгляд мужчины, который успел отшатнуться от повязки, она с некоторым раздражением проговорила:

– Попробуем обойтись без вскрытия. Мазь вытянет гной и снимет боль.

Ей позволили продолжить работу, а когда она закончила и обессилено прижалась спиной к решётке рядом со стражником, резкий голос Наира вывел её из дремоты.