Книга Енот-потаскун, страница 45 – Татьяна Рябинина, Евгения Серпента

Я посмотрела на часы — уже пять. Начало в семь, времени впритык. Только-только добраться до дома и привести себя в божий вид.

— Давай там, на метро доеду, быстрее будет.

Дома я покормила Тошку, поменяла воду в тазике и начала наводить красоту. Не хотелось катастрофически, но отказаться было уже неудобно.

— Пойду, — сказала я ему, едва не проглотив одну из шпилек, которые держала в зубах. — Все лучше, чемв потолок тупить и крыть себя матом. Хоть отвлекусь.

Тошка посмотрел на меня скептически, всем своим видом показывая, что я делаю глупость. Снова проснулся телефон. И снова я вздрогнула. Как будто ждала совсем другого звонка.

— Таточка, тебе письмо заказное пришло, — даже не поздоровавшись, сказала мама. — В ящик бросили. Из суда.

— Повестка, наверно, — я спешно докрашивала глаза, восстанавливая смытое слезами. — Открой, посмотри, на когда.

— На четверг. В десять утра.

Ну вот, совсем красота. Надо будет меняться кем-то сменами. А Сашка опять не придет. Когда уже эта чертова непруха закончится?

В театре меня неожиданно пробила такая тоска, что хоть вой. На сцене громко топотали лебедихи, худосочный принц в прыжках демонстрировал свою внушительную анатомию, музыка пыталась разложить меня на атомы. Я зажмурилась и сидела, кусая губы, чтобы снова не расплакаться. Показалось вдруг, что ничего хорошего в жизни больше уже не будет. Да и было ли оно вообще, хорошее-то?

Рука Федора нашла мою, сжала.

Почему бы и нет? В конце концов, это уж точно надежно и стабильно. Страсти-мордасти? Были уже — и чем кончилось? Нет уж, спасибо. Лучше без них. Он мне нравится, я ему тоже, мы взрослые люди…

Федор остановился у моего дома, вышел, открыл мне дверь машины. Спросил, не глядя на меня:

— Может, познакомишь со своим енотом?

Небо, ты все мои мысли слышишь, да?

— Ну пойдем, — так же не глядя на него, ответила я. — Познакомлю.

Мы вошли в парадную, лифт зловредно уехал из-под носа и долго-долго поднимался на шестнадцатый этаж, а потом не менее долго опускался. Молчание было похоже на комок мокрой глины. Показалось вдруг, что меня ждет не секс с роскошным мужчиной, а прием врача какой-то малоприятной специальности.

Прекрати, дура, все будет хорошо. Что ты как истеричная девственница?

Тошка вылетел в прихожую аж с пробуксовкой. Меня он никогда так не встречал. Увидел Федора, посмотрел на него настороженно, прижав уши, и медленно утек в свою берлогу.

Интересное кино, кого ты ждал, спрашивается? Может, своего тезку-спасителя? А, предатель?

Мы сидели на кухне, пили кофе, о чем-то разговаривали. Меня аж подташнивать начало от волнения.

Ну скорей бы уж, что ли. Сколько можно тянуть?

Я поймала себя на том, что хочу не Федора и не абстрактногосекса с абстрактным мужчиной, а чтобы все уже произошло. Чтобы знать наверняка, может ли у нас вообще что-то получиться.

Поставив в раковину кофейные чашки, я замерла, словно ожидая чего-то. Он подошел, положил руки мне на плечи, я повернулась.

Дежавю…

Федор целовал меня, я отвечала — и… ничего не чувствовала. Ни желания, ни отвращения. Ну вот вообще ничего. Как будто со стороны смотрела: что это тут, собственно, такое происходит.

Его руки тяжело опустились на бедра. Сквозь тонкую ткань платья я почувствовала, как прижалась к животу твердая выпуклость. Обычно это заводило с пол-оборота, но сейчас… В долю секунды я представила, как он разденет меня, будет целовать, ласкать, потом войдет… Вместо привычной теплой тяжести низ живота залило острым холодом. Как будто кто-то рядом прищемил палец дверью.