Книга Развод? Прекрасно, дорогой!, страница 14 – Евгения Серпента

Путь свободен!

Глаза привыкли к темноте, и я теперь могла рассмотреть его. Может, и не так хорошо, как при свете, но и в этом таилась своя прелесть. Это было… да, это было как магия белой ночи - таинственной, загадочной, мистической. Мне вдруг показалось, что город смотрит на нас через огромные незашторенные окна и кивает одобрительно: да, так, продолжайте.

Его руки легли мне под грудь, собирая ее в ладони, сжимая между пальцами соски – твердые, немного болезненные от желания, словно обожженные солнцем.

- С ума сойти, - прошептал он, обводя их вокруг. – Откуда ты взялась вообще? Спустилась с девятого неба?

Ничего не ответив, я потянула трусы вниз, выпуская член на свободу – совсем чуть-чуть. Головка словно выглянула из них с любопытством: что там происходит вообще, а? Я накрыла ее ладонью, чуть прижала. Теплая, бархатистая, чуть влажная…

Яркий острый флеш, вспышка, но не из прошлого, а из будущего. Как она раздвинет мои губы, текущие соком, и скользнет внутрь…

Похоже, Багира поймал этот сигнал, считал, расшифровал. Его ноздри дрогнули, губы приоткрылись. Держа одну руку по-прежнему у меня под грудью, двумя пальцами второй вошел во влагалище,плавно, глубоко. От них разбежались во все стороны крохотные искорки наслаждения, обещая вернуться обратно мощной вспышкой.

Вытащив пальцы, он посмотрел на меня в упор, чуть прищурившись. Словно спрашивал: ну, угадаешь, чего я хочу? Поднес их к моему рту, и я приоткрыла губы, впуская его, замыкая электрическую цепь.

Вкус – мой вкус! – острый, горьковато-соленый, на его пальцах, на моих губах, на языке. Такой же острый и горький запах. И снова это томительное ощущение сочащейся между ног влаги – тепло и скользко. Как будто в ствол сосны вонзили нож, а потом вытащили, и она истекает смолой, чтобы заполнить эту пустоту.

- Я сейчас, - Багира словно кистью мазнул языком под моей нижней губой, по подбородку.

Проводив взглядом его серебристо блеснувшие спину и ягодицы, я подошла к окну. Пробираясь через приоткрытую створку, ночной ветерок холодил разгоряченную кожу. Подоконников не было, окна начинались почти от пола и шли до потолка. Я прижалась к стеклу всем телом, глядя на фонари во дворе.

Как бабочка к огню, подумала, дрожа от холода и нетерпения.

Он обнял меня сзади, одна рука снова легла под грудь, вторая на живот, рисуя мизинцем треугольник.

- Красиво, - шепнул, касаясь губами виска.

Я не знала, что он имел в виду, но подумала: и правда красиво. Стоять вот так, обнявшись, обнаженными, над спящим городом. Растворяясь в магии белой ночи.

В запах, сотканный из множества нитей, вплелась еще одна – скользкая и прозрачная, раздражающая ноздри.

Латекс. За этим и выходил? Значит, беспокоиться не о чем.

Рука Багиры нырнула между бедер, пальцы разошлись веером, заставляя меня раздвинуть ноги. Другой рукой он надавил на поясницу, и я послушно нагнулась, упираясь ладонями в стекло. Член мягко коснулся губ, словно искал путь вслепую. Я вдыхала коротко, как будто всхлипывала, замирала, потом долго и судорожно выдыхала.

Ну же! Ну!!!

Но ему, похоже, нравилось дразнить меня. То чуть подавался вперед, нащупывая головкой вход, то отступал, медленно скользя по клитору. Я уже скулила, как щенок, еще шире раздвигала ноги и наклонялась ниже, всей позой даже не говоря, а крича: ну давай же! Трахни меня, черт тебя побери!