Книга Третий (не) лишний, страница 26 – Евгения Серпента

От одной мысли о том, что случится тогда, меня снова залила волна лихорадочного жара. Даже сознание того, что я нахожусь под прицелом десятков, сотен тысяч глаз, не могло пригасить его. Наверно, наоборот, только разжигало еще сильнее.

Почти весь день мы провели вместе.Готовили обед, ели, мыли посуду. Снова сидели и разговаривали. Я чувствовала себя так, как будто в начале простуды. Дрожь, озноб, частящее сердце, плывущее сознание. Иногда на поверхность выныривал здравый смысл – как утопающий, который из последних сил сражается с бездной.

Яна, говорил он, захлебываясь, охолонись. Ты как обкуренная.

И снова уходил с головой в глубину.

Перед ужином мы с Денисом накрывали на стол в гостиной, а Антон ушел в туалет. Вернулся, встал в дверном проеме и заявил, что на обед была какая-то отрава, от которой он не может слезть с горшка. Я уже открыла рот, чтобы возмутиться, и только тут заметила ленту туалетной бумаги, которую он держал на уровне груди. На ней крупно было написано черным маркером: «Вернусь и скажу важное. Не смотрите на меня!!!»

Антон ушел снова, а мы с Денисом уставились друг на друга.

- Какого черта? – спросила я, надеясь, что мое возмущение не выглядит наигранным. – Мы все ели, и ничего.

- Давай по-быстрому все съедим, пока он там? – хмыкнув, предложил Денис. – Чтобы не возникал.

Вернувшись через пару минут, Антон опять остановился в проеме – там, где у камеры было слепое пятно. Вытащил изо рта комок жвачки, разделил надвое и ловко прилепил с двух сторон, видимо, на микрофоны.

- Двенадцать дней, - сказал он быстро и тихо. – Деньги на троих. Если да, скажете что-то на туалетную тему.

Отлепив жвачку с камеры, он сел за стол. Мы с Денисом молчали, глядя в свои тарелки.

Антон предложил нам то, что было запрещено так же, как и секс. Если мы спалимся, это будет прямое нарушение условий контракта, и придется выложить неслабую сумму. Очень такую неслабую. Но здравый смысл как ушел на дно, так больше и не выплыл. И дело было не только в деньгах. Авантюризм и секс – это было нечто из одной связки. Адреналин, эстроген и тестостерон.

Я вдохнула поглубже и сказала, с сочувствием и как будто даже виновато:

- Ну что, Антош, может, тебе имодиум дать?

- Ну давай, - кивнул он.

Я пошла к себе, даже не посмотрев на Дениса.

Решай сам. Если ты не с нами – то и не со мной. Как-то так. Жаль, конечно, но… Что я там сказала про конфеты?

- Смотри, поосторожнее, - с насмешкой предупредил он, когда я протянула Антону таблетку в фольге. – От него побочка бывает вплоть до паралитической непроходимостикишечника.

- Ребят, хватит, а? – попросила я, старательно распиливая кусок жилистого мяса. – Давайте не за столом понос обсуждать?

Мы переглянулись – уже взглядом сообщников.

Организаторы этого шоу сделали ставку на «реалити», но при этом вынуждены были пожертвовать крупными планами и прочей операторской работой. Ну что ж, это нам на руку. Если, конечно, уловка Антона с мертвой зоной камеры и микрофонами сработала. Он сказал нам, что занимается оптоволоконными системами связи. Но, надо думать, и в средствах наблюдения разбирается?

После ужина Денис – видимо, в пику Антону - предложил потанцевать. Они сразу начали распускать хвосты, рассказывая, кто какими танцами занимался. Мне было абсолютно без разницы, потому что танцевать я никогда не умела. Ну, не совсем неуклюжая корова, конечно, соло вполне прилично могла двигаться. Но вот в паре… К счастью, оба сообразили, что вести не стоит, лучше наоборот подстраиваться под меня. Поэтому получилось вполне прилично. В том смысле, что на ноги я никому не наступала. А вот насколько прилично в плане приличий… Да елки, совсем неприлично. Правда, со стороны это вряд ли было заметно. Но я-то чувствовала!