Книга Освобождение, страница 33 – Нонна Монро

– Джиджи, – тихо позвал Ройс. – Пожалуйста, выслушай меня.

Ройс разжал пальцы с моего запястья. Кожа под ними горела, словно я обожглась кипятком. Но сильнее вспыхнула шея, когда губы Ройса коснулись ее в невесомом поцелуе. Остатки терпения лопнули, как воздушный шарик. Я двинула головой ему в нос. Ройс, ослепленный своими желаниями, не сразу сообразил произошедшее и ослабил хватку. Возникшее пространство позволило перебросить его через плечо.

Не успела я вытащить нож, как Ройс отполз за диван, будто тот мог как-то спасти его. Я едва не рычала от ярости, которая заполонила собой каждую клеточку в теле. Разум твердил сообщить о нем Рэю. Сердце велело вонзить лезвие в его горло. Я прислушалась к нему.

– Да выслушай меня!

– Именно это я и делала целую неделю! – Рявкнула я, метнув нож. Ройс пальцами обхватил лезвие, лишний раз подтверждая, какой дурой я была.

Перед глазами снова помутнело. Рукава пиджака неприятно липли к коже. Я обливалась потом, не понимая, какого черта организм решил подвести меня именно сейчас.

Пистолет продолжал валяться на полу. Я бросила на него быстрый взгляд, однако не успела сделать навстречу и шага: Ройс перепрыгнул через диван и сбил меня с ног. Он крепко прижал мои руки к полу, а коленями сдавилбедра, не давая сдвинуться с места. Кончик его носа коснулся моей щеки. Горячее дыхание обдало кожу.

– Ты выслушаешь меня, и я уйду, – низким мрачным тоном заявил Ройс. Я не собиралась сдаваться, пускай и каждая попытка терпела поражение. – Никто из Соколов вам не угрожает. Никто из Соколов вас не тронет. Угроза не исходит от нас. Мы хотим предложить сотрудничество.

Он всматривался в мои глаза так пристально, что мне захотелось отвернуться. Шкатулка с эмоциями вновь распахнулась, будто Ройс намеренно колотил по ней кулаками.

Очередная. Гребанная. Манипуляция.

Взгляд ореховых глаз опустился на мои губы. Тело вопреки всему оцепенело. Нас разделяли считанные дюймы. Сердце, как бешеное, колотилось в груди, словно собралось проломить ребра и выскочить наружу. Ройс легко склонил голову. Его губы коснулись моих, спрашивая разрешения.

Я была на грани обморока. Фальшивого обморока. Тяжелый вздох, сорвавшийся с губ вместе с обмякшими конечностями, заставил его ослабить хватку. Озадаченный взгляд скользнул по моему лицу.

Этих секунд было достаточно, чтобы вырвать руки и скинуть его с себя.

Я не рассчитала траекторию, и теперь Ройс оказался возле пистолета. Пальцы сомкнулись на рукоятке, дуло было направлено на меня.

Это больше походило на правду. И именно это движение захлопнуло шкатулку с эмоциями и упрятало ее в недра сознания.

Он больше не сможет добраться до нее.

Я ожидала, что прежде чем он спустит курок, перед глазами пронесется вся жизнь. Ожидала, что в памяти вспыхнет лицо Рэя, его редкая улыбка и не менее редкий смех. Или же моменты с Броуди, когда мы засиживались в моей комнате и разговаривали о чем-то, не связанном с работой. Но ничего не всплывало. Странно, но я не испытывала страха, хотя он всегда поселялся в ребрах, когда кто-то другой целился в меня.

Интересно, что испытывали все те, кого я убила? Те, кто не молил о пощаде. Те, кто упрямо смотрел в глаза и ждал выстрела.

Цеплялись ли они за остатки достоинства?

Потому что именно за него цеплялась я.