Книга Сопротивление, страница 15 – Нонна Монро

– Свали, – прорычал я. Но Звездочка отличалась своенравным характером. И пока остальные ворковали вокруг нее, я знал, какой на самом деле она была хищницей.

Я поставил ногу на вторую ступеньку. Звездочка приготовилась выпустить когти. Какого черта она так реагировала на меня, я понятие не имел.

Нас разделяли несколько ступеней. Я так внимательно смотрел в глаза кошки, что не сразу заметил Тару.

– Джекс! – Возмутилась она и спустилась спасать свою любимицу, – Я же просила не обижать ее.

– Да я не трогал ее, – пробормотал я и попытался обойти Тару, что с одной стороны было легкой задачей, с другой – белая пантера в ее руках протяжно мяукала.

– Куда ты идешь? – Тара схватила меня за руку, и я закатил глаза.

– Проверить его, – вздохнул я.

– Он все еще без сознания. Я только что была у него.

Мы схлестнулись с Тарой взглядами. В ее карих глазах полыхало любопытство вперемешку с ликованием. Если кто-то считал ее милой – Ройс, например, – то глубоко заблуждался. Достаточно было взглянуть на книги, которые Тара читала. В каждой из них список триггеров и кинков превышал мой список промахов. Мой отец избил бы ее до полусмерти, если бы увидел ее библиотеку.

Эта мысль привела меня в ярость.

– Тара, дай мне пройти.

– Я пойду с тобой. – Она гордо вскинула подбородок и крепче прижала к груди шипящую Звездочку.

Я закатил глаза и поплелся в комнату Алекс, которая сейчас спала в кровати Тары.

– Почему ты хочешь быть рядом с ним, когда он очнется?

Мои кулаки сжались от тона ее голоса. Если бы мы в России брали вторые имена, то Тара обязана была бы взять имя Варвара.

– Тебя это не касается. – Мне не нравилось ей хамить. Ее броня была гораздо тоньше, чем у остальных. На ринге Тара превращалась в банши, а за его пределами остро реагировала на грубость. Ее большие глаза сразу наполнялись слезами, нижняя губа тряслась, а щеки становились багровыми.

– Ну, скажи мне, –канючила она на русском, предлагая сохранить в тайне этот разговор.

Я остановился возле двери и сглотнул. Тара перехватила мой взгляд и выпятила нижнюю губу. Она в целом выглядела как ребенок, но в такие моменты напоминала семилетку, которая умоляла купить ей рюкзак с русалочкой.

– Я хочу узнать, кого он увидел.

Понимание расплескалось в ее глазах. Ее губы приоткрылись. Звездочка спрыгнула и намеренно шлепнула хвостом по моей ноге. Маленький пушистый дьявол.

– Ты хочешь узнать о его прошлом. – Сочувствие. Сочувствие отпечаталось на ее лице. Потому что она знала.

Горечь обиды разлилась на языке, но я проглотил ее и кивнул. Тара воровато оглянулась, будто кто-то мог подслушивать нас, а затем тихо обратилась ко мне:

– Я прикрою тебя, Джекс.

Я ничего не ответил. Молча зашел в комнату и закрыл за собой дверь на замок. Здесь привычно царил мрак, а от жара хотелось стянуть с себя футболку. Испарина проступила на лбу. Я смахнул ее и приблизился к сдвинутым диванам, на которых раскинулся Броуди. Одеяло собралось в ногах, футболка была задрана и оголяла мышцы живота.

Покайся. Покайся. Покайся.

Мне хотелось кричать, лишь бы заглушить голос в голове. Я провел рукой по волосам и тяжело вздохнул. Сел на кровать Алекс и начал ждать.

Взгляд постоянно натыкался на придурка. Его щетина отросла. Интересно, собирался он ее оставить или сбрить? Без бороды он выглядел моложе и свежее. Однако я до сих пор не понимал, каким образом этот парень мог стать солдатом. Слишком снисходительный и понимающий. Слишком добрый, смешливый и отзывчивый. Каждая черта его характера вызывала во мне недоумение. Одно дело, если бы он рос среди нас. Но как Грегор позволил ему остаться человеком? Или же он вложился только в свое протеже?