Книга Черное дерево, страница 64 – Мерседес Рон

Не в силах сдержаться, я поднял руку и погладил ее по щеке, отчаянно желая снова прикоснуться к ней, убедиться, что ее кожа по-прежнему такая же нежная, как я помнил.

– Что ты здесь делаешь? – спросила она, разрушив чары.

Я хотел что-то ответить, но услышал, как открылась дверь, и машинально снова зажал ей рот рукой, прижимая к себе.

– Сейчас или никогда, – услышал я голос Уилсона по ту сторону двери.

Я убрал ладонь со рта Марфиль и взял ее за руку.

– Нужно бежать, – сказал я, открывая дверь и подталкивая Марфиль к выходу.

Она вырвалась и остановилась, развернув меня к себе.

Она была явно напугана.

– Я не могу уйти… – прошептала она, вонзив ногти мне в плечи. – Он меня убьет.

Я шагнул к ней.

Взял ее лицо в ладони и притянул к себе, так что наши носы почти соприкоснулись.

– Он больше не тронет и волоска на твоей голове.

Несмотря на эти слова, что-то темное промелькнуло в ее глазах.

Она вырвалась, отступив на два шага назад.

– Он убьет мою сестру, отца, моих друзей.

– Нет, не убьет.

– Откуда ты знаешь?

Вот черт…

В дверях появился Уилсон, посмотрел на нас и уставился на меня.

– Времени мало, – сказал он.

Я повернулся к Марфиль.

– Пожалуйста, идем со мной. С твоими родными ничего не случится, обещаю.

Хотя я не был уверен на сто процентов, это не имело значения. Никто не имел для меня значения.

Только она.

Она растерялась, и я воспользовался этим преимуществом. Схватил ее за руку и потащил по коридору вслед за Уилсоном. Коридор вывел нас прямиком к служебным лифтам.

Внедрить Уилсона в охрану Марфиль было единственной возможностью все провернуть.

Мы вошли в лифт и, когда двери закрылись, я позвонил Суаресу.

– Мы в пути, – сообщил я.

– Жду у заднего выхода, – сказал он. – Поторопитесь!

Я отключился и, как только лифт спустился в подвал и его двери снова открылись, схватил Марфиль за руку и потащил за собой. Ее туфли явно не годились для бега, и потребовалось больше времени, чтобы добраться до машины Суареса. Марфиль чуть не заплакала от облегчения, когда мы миновали прачечную, открыли дверь пожарного выхода и увидели ожидавший нас черный «Рэндж-ровер» с открытыми дверцами.

Уилсон уселся рядом с водителем, а мы с Марфиль устроились на заднем сиденье.

Едва я закрыл дверь, Суарес дал по газам. Колеса зашуршали по асфальту, и я наконец вздохнул с облегчением.

Марфиль выдернула руку из моей. Мой взгляд скользнул к ее лицу.

Она положила руку на колено и молча посмотрела в окно.

– Мар?..

– Нет! – перебила она и в ярости посмотрела на меня. – Не смей со мной разговаривать! Не смей на меня смотреть! И уж тем более не смей ко мне прикасаться!

Каждое ее слово вонзалось гвоздем в сердце.

Руки чесались от желания проделать то, что она запрещала.

Но она была права.

Какое право я имел к ней прикасаться?

Машина на безумной скорости пересекла весь город, а я представляла сестренку и отца. Одна моя половина хотела выскочить из машины и вернуться за ними, но другая… Другая половина ощущала себя заключенным, выпущенным из тюрьмы. Да, я провела там всего два месяца, но прошли как будто долгие годы. И за эти годы я перестала быть прежней беззаботной девушкой, потеряла себя в паутине, полной мерзких тварей, только и мечтающих высосать меня до капли.

А кроме того, это ведь Себастьян. Именно он должен был вытащить меня в самый неожиданный момент.