Книга Чужой муж, чужая жена, страница 57 – Саша Найт

— Ты долго, пусик, — тянет томно дочь Натальи, надувая губки.

— Прости, малыш, пробки, — отвечает мой подонок-муж, обходя машину и открывая пассажирскую дверь. — Садись скорее, а то мать заметит.

— Мамаша свалила к бабке на три дня. Она же упала, лежит, ноет в гипсе. Почему все старики такие мерзкие? Прикинь, мать и меня хотела запрячь. Идиотка, думает если родила меня, то может командовать. Бабка даже халупу свою на меня не переписала, чтобы я за ней ухаживала.

— Всё равно поехали, Лад. Холодно. Сама писала, что хочешь скорее хинкали поесть. Твой пупсик подготовил для тебя сюрприз. А потом моя киска покажет, как профессионально научилась работать ротиком, да?

— Ты такой заботливый. Мой большой медвежонок, — миндальничает подросток. — Пошли лучше ко мне домой. Хочу на мамашкином столе, как в прошлый раз!

Приближается к Егору вплотную, а после и вовсе накидывается на него, обвивая шею.

— Твою ж… — шипит Багрянцев. — Ты что делаешь, Лада? Если увидят?

— А я хочу, чтобы все знали, что ты мой! Ты же знаешь, что твоя киска всегда делает то, что хочет, — мурлычет она, толкая мужчину к машине.

А он не особо-то и сопротивляется, душевнобольной извращенец! Ей же семнадцать, чёрт его дери! Она ребёнок! Несовершеннолетняя!

— А ещё, ты знаешь, что я не могу без тебя, Егорчик. Я и так прощаю тебе то, что ты терпишь эту стрёмную престарелую выдру, — это я так понимаю она обо мне. — Но ты обещал мне, что будешь только со мной! Когда её бросишь?

Она говорит это с такой наигранной тоской, ещё сильнее прижимая Багрянцева к машине. Проводит языком по его нижней губе, сощуривается.

— Ответь! Ты говорил, что я хорошо лажу с Евой. Я готова воспитывать твою малявку как свою, только избавься от своей старой мымры!

Не выдерживаю. Эти двое совсем из ума выжили. Особенно Егор, если позволяет своей малолетней подстилке такие гнусные речи произносить и приплетать туда нашу дочь! Выскакиваю из машины, хлопая дверью, попутно включая диктофон на телефоне и тут же привлекаю внимание мерзкой парочки.

— Не ждал, дорогой? — хмыкаюя. — А как же твой недавний скулёж: «Я не могу без тебя, Ксюша. Я люблю тебя»? Вот значит, как ты развлекаешься, извращенец! Не стыдно совращать ребёнка?!

— Эй! Ты что тут забыла?! — взвизгивает Лада. — Егорчик, что тут делает эта?!

Куда только делась робость и вежливость с которыми она обращалась ко мне в прошлый раз, когда клеветала на собственную мать? Или он с ними обеими спит?

— И правда, Егорчик, — хихикаю я. — А ты, киска, говоришь сейчас не со своей подружкой, а со взрослой женщиной, так что изволь изъясняться нормально.

— Ксеня, т-ты… Т-ты… Это не то, о чём ты думаешь! — тушуется Багрянцев. — Ты же не думаешь, что я что-то общее имею с этой маленькой девочкой, да? Она себе что-то придумала в голове. Любимая, поехали домой, я тебе всё объясню!

— Любимая?! Маленькая девочка?! Ты офигел?! — дочь Натальи переходит на ультразвук, толкая Егора ладонью в грудь. Поворачивается ко мне. — Я не маленькая, мне восемнадцать через три месяца! И у нас всё было. Всё! Даже того, чего у тебя с ним не было!

— Прошу, оставь эти подробности для своей мамы, — чеканю я.

— Да как ты смеешь?! — вопит Лада, привлекая внимание соседей. Я замечаю, как открывается пару окон, и любопытные бабульки пытаются разглядеть, что происходит внизу. — Я беременна от твоего мужа! Он любит меня, а я его! А такая серая мышь, как ты ему вообще не пара! Егор с тобой разведётся и выбросит на помойку без гроша в кармане! Лучше сама уйди и не мешай нам!