Книга Бывшие. Ненавижу, но люблю, страница 26 – Саша Найт

— Жаль, что с тобой это не сработает! — раздражённо фыркаю я, закидывая в багажник свою сумку.

Сумка Дёма отправляется туда же. Сажусь на пассажирское сиденье, пристёгиваясь и скрещивая руки на груди. Сосед ухмыляется, надевая на лицо модные очки с коричневыми стёклами. И плавно выезжает со двора.

— И куда мы едем? — прерываю я тишину.

— Узнаешь.

Замечательный ответ. Очень познавательно.

— Ага, сейчас отвезёшь меня на границу с Абхазией и продашь в сексуальное рабство! Я отказываюсь ехать, не зная куда!

— Поверь, Журавлёва, даже если бы я решил продать тебя в сексуально рабство, уже через час мне звонили бы и предлагали двойную цену, чтобы я забрал тебя обратно, — вставая на светофоре, нагло хохочет Дём. Вот же хам! — И вообще, ты забыла? Сегодня во всём со мной соглашаешься.

Бе-сит. Очень сильно.

— Ладно. И долго нам ехать?

— Если верить навигатору, то около часа двадцати, не считая пробки, — выезжая на мост через реку Сочи и сосредоточенно глядя на дорогу, отвечает Золотарёв.

Едем мы в сторону Адлера по верхней трассе. Хорошо, что не по Курортному, иначе могли бы встать там надолго.

— Откуда у тебя вообще машина?

— Что тебя удивляет? Арендовал на неделю.

Ну да, совсем ничего удивительного. Каждый ведь может позволить себе взять в прокат такую машину.

— Не против, если я радио включу? В тишине как-то скучно.

— Валяй.

Сам напросился. Нахожу в списке радиостанций «Шансон». Злорадно включаю его. Из мощной акустической системы «Мерседеса» тут же громко звучит низкий женский голос:

«Чё ты гонишь, мусор, шнягу не по делу? Чё ты паришь мне про нары и конвой? Чё мазуришь ты на понт, я не товарка. И пугаешь, падла, бабу Колымой?»

Тянусь, чтобы прибавить звук, как раз, когда мы встаём в небольшом потоке машин. Семейная пара с детьми на синем универсале «Шкода», стоящие слева от нас тут же кидают ошарашенные взгляды, перешёптываются и спешат закрыть все окна в своей машине.

— Только не смей подпевать, иначе я выпрыгну из машины, — Дём бросает раздражённый взгляд в мою сторону, закуривая сигарету.

— Инаси я выпигну ис масини, — передразниваю соседа я, закатывая глаза. — Не будь занудой, Демид. Дай послушать хорошую музыку.

— Если это — хорошая музыка, то я — Чебурашка.

— Сбежавший из криво нарисованного мультфильма, в таком случае.

Побесила и хватит. А то додумается меня высадить посреди трассы. С него-то станется!

Тянусь обратно к тачскрину магнитолы, чтобы переключить радио, как наши пальцы с соседом сталкиваются, а взгляды встречаются. Повисает неловкая пауза.

— Включай то, что тебе нравится, — я спешу одёрнуть руку, хмурясь и обдумывая случившееся.

Мелодия с шансона сменяется на бодрый, но приятный слуху хаус. Играет какой-то клубный ремикс популярного англоязычного трека. Краем глаза замечаю, как Золотарёв постукивает в такт ритму по рулю, чуть откинувшись на спинку сиденья. Пока он не видит, разглядываю его такого расслабленного. Одна рука Демида уверенно лежит на руле, я тут же засматриваюсь на сильные запястья с выступающими связками, а он просто следит за дорогой, двигаясь в потокепробки. Светло-шоколадные волосы слегка растрёпаны, что придаёт его вечно надменному лицу долю какого-то озорства. Интересно, о чём он сейчас раздумывает?

— Пробкой любуешься, или меня разглядываешь, Настя?