Книга В постели отчима, страница 62 – Саша Найт

А он срывается, сокращает мизерное расстояние между нашими губами, заставляя меня задохнуться в ненасытном, сбивчивом поцелуе. Задаёт ровный, дразнящий ритм, как будто у нас в запасе всё время мира, чтобы потерять себя друг в друге.

Слабый голосок в глубине сознания пытается спустить меня с небес на землю, напоминая, что это не так. Но я его игнорирую.

Дмитрий ненадолго покидает моё лоно, чтобы натянуть защиту. И снова входит. Движения мужчины становятся быстрыми, размашистыми. Он заполняет меня до отказа, слегка шлёпаясь своими бёдрами об мои.

До чего же пошлый звук! Но мне нравится.

– Моя маленькая девочка, – шепчет отчим мне на ухо, прикусывая мочку. – Тебе хорошо?

– Хорошо. Так хорошо никогда ещё не было…

И мы сгораем друг в друге. Ледяной страстью, что режет похлеще ножа.

В каждом его движении – желание обладать.

В каждом моём – желание подчиниться.

Между нами нет слов о любви или чувствах. Сейчас нам нужно только одно – быть рядом, выкинув из головы все давящие мысли, и утонуть в кипящем яде запретной страсти, что отравляет каждый миллиметр наших тел.

Стону. Громко и похабно, как в порно-фильмах, и ничего не могу с собой поделать. Это какое-то безумие. Грязное, развратное,невероятно приятное. Оргазм обрушивается на меня, как штормовые волны.

Дмитрий бормочет какие-то неприличные ругательства и входит ещё дважды, прежде чем затихнуть и прижать меня к себе. Распахнутые глаза встречаются с моими, а тяжёлое дыхание замедляется. На щеках мужчины едва заметный румянец, на лбу капельки пота. И я могу поклясться, что это самое прекрасное в мире зрелище.

Мне страшно, что, получив своё, Северский осознает, какую ошибку мы совершили, и сию минуту уйдёт. Нерешительно протягиваю руку, чтобы откинуть назад прилипшую к его лбу прядку волос, а капитан довольно хмыкает. Прижимается к губам в долгом поцелуе, затем отстраняется, ложась рядом на постели, подкладываю согнутую в локте руку под голову. Скашивает на меня взгляд, всматриваясь в лицо.

– Мне тоже, Яна, – произносит муж матери, как будто продолжает прерванный разговор.

Переворачиваюсь на бок, чтобы лучше видеть его, кутаясь в одеяло.

– О чём ты?

– Мне тоже никогда не было так хорошо, – нащупав мою руку, отвечает Дмитрий. – Помешательство какое-то. Член стоит при одной мысли о тебе, как будто мне шестнадцать, а не тридцать девять. Мы только закончили, а я уже хочу тебя снова. Но мне стоит дать тебе отдохнуть.

Мои щёки заливаются румянцем. Дмитрий ухмыляется, а затем забирается под одеяло, притягивая меня ближе к себе, как будто и не торопится вставать.

Страшно сейчас что-то говорить или спрашивать. Страшно затронуть тему произошедшего и наших ставших ещё более непонятными отношений. Страшно разрушить хрупкую гармонию, царствующую сейчас в номере.

– Ты побудешь со мной? – спрашиваю почти одними губами, ощущая изнеможение, следующее за разрядкой.

Глаза так и слипаются.

– Побуду.

– Тогда… Спокойной ночи, Дмитрий.

– И тебе, Котёнок.

Яна.

– Всё-таки совсем другой уровень у наших «Крыльев»! Море рядом, виды какие! – позитив так и льётся из Снежаны, накалывающей на вилку вареник с вишней, в ресторане при отеле на завтраке. – Я года два назад в другой авиакомпании работала, так у них стандартное размещение: район Домодедово, по четверо в номер, вид на шоссе, шаурма на первом этаже, рядом заправка и кладбище. Чем не лакшекри? – смеётся коллега.