Книга Твои валентинки, страница 78 – Анастасия Стер, Лера Деревянкина, Кэсси Крауз, и др.

– Зачем приходила? – повторяю я враждебно. – Не знала, что для того, чтобы прийти в бар в пятницу вечером, требуется особое разрешение и особые условия. Может быть, я просто хотела побыть одна.

Он усмехается. Я злюсь на себя. Может быть, мне стоило просто помолчать. Сделать вид, что его вопрос я даже не расслышала, а если и расслышала, то не приняла во внимание. Это ведь совсем не сложно. Уж кто-кто, а я умею включать тотальный игнор.

Бармен ставит на отполированную до блеска стойку янтарный напиток. Неразбавленный, с квадратными кубиками льда в пузатом стакане.

Онподнимает его, наклоняет стакан из стороны в сторону, взбалтывая жидкость.

– За встречу, – предлагает тост. – И за ее последствия, к чему бы они нас ни привели.

От этих слов по спине бежит холодок, но вот странно – мне жарко. Любимое платье-футляр внезапно кажется мне чересчур тесным, а ткань липнет к бедрам и подмышкам. По всей видимости, в этом баре беда с вентиляцией.

Склонив голову, я позволяю нашим бокалам соприкоснуться. Мелодично звякает лед. Его губы вновь растягиваются в кривой усмешке, которая заставляет мой желудок нервно сжаться, а сердце – пропустить удар.

Что, черт возьми, со мной не так? Эти реакции на него в корне противоречат здравому смыслу!

Снова трусливо отворачиваюсь, но краем глаза наблюдаю за тем, как он подносит стакан к губам. У него красивый рот. Мягкий, полный и манящий, если, конечно, не кривится в насмешливой ухмылке. Но еще более красивые у него кисти рук. С длинными пальцами, аккуратно подстриженными ногтями и выступающими под загорелой кожей венами. До появления в моей жизни этого мужчины я никогда не обращала такого большого внимания на руки.

Стакан опускается на барную стойку, по пути цепляя свет прожектора, который заставляет вспыхнуть гладкое золотое кольцо на безымянном пальце. То самое, свидетельствующее о том, что этот мужчина не свободен.

Я шумно выдыхаю и крепче сжимаю в ладони бокал. Взгляд невольно находит то место на моем пальце, где еще недавно я сама носила обручальное кольцо. Сейчас там лишь тонкая полоска чуть светлее основного тона кожи. Она появилась сегодня, когда я, после долгих метаний, отправила заявление на развод через сервис государственных услуг и оставила кольцо на тумбочке у кровати, как символ того, что с прошлым покончено, а я двигаюсь дальше.

Не помогло. С тех пор я только и делаю, что думаю о прошлом, постоянно касаясь осиротевшего места, где раньше находился золотой ободок с небольшим бриллиантом посередине. И даже сейчас с трудом удерживаюсь, чтобы не погладить его.

Тяну коктейль из трубочки, призывая себя успокоиться.

Расслабиться. Отвлечься. Развлечься.

Как заученную мантру, твержу про себя наставления Эльзы в надежде, что смогу воплотить их в жизнь. Но правда заключается в том, что даже если бы я постаралась, я бы не смогла выглядеть в своих глазах более жалкой, чем в этот момент.

Все это – наглядная демонстрация семейного статуса мужчины на соседнем стуле, отсутствие моего кольца и ситуация в целом – смущают меня. Причиняют дискомфорт. Но так не должно быть. Я не сделала ничего плохого. И я могу в любой момент встать и уйти.

Внезапно слух улавливает знакомые аккорды «Женщины в красном» Криса де Бурга, которые начинают литься из колонок под потолком. Я не слышала эту песню года два. В последний раз – на моей свадьбе. И хотя эта мысль вызывает ноющую боль в районе грудной клетки, мои пальцы сами собой отбивают такт на тонкой стенке бокала.