Книга Твои валентинки, страница 82 – Анастасия Стер, Лера Деревянкина, Кэсси Крауз, и др.

Мои пальцы путаются в его волосах. Его ладони лихорадочно скользят по моему телу, которое стонет в агонии. И льнет, льнет к нему… Своевольное. Жадное до его касаний.

Не переставая целовать, он находит змейку моего платья. Тянет бегунок вниз, поглаживая пальцами каждый миллиметр обнажающейся спины и оставляя за собой огненный след вдоль позвоночника.

Платье оседает темной массой у моих ног. Его ладони сжимают мои ягодицы, запуская высоковольтный разряд прямо в сердце.

Ощущаю себя мягким воском в умелых руках. Реальность ускользает. Здравый смысл разлетается в клочья. И все ощущения концентрируются в тех местах, где он меня касается. Беззастенчиво. Но, господи, именно так, как нужно.

Еще днем я бы пришла в ужас от своего поведения. От желания, от порыва, которые переворачивают все в моей жизни с ног на голову. Но сейчас меня успокаивает лишь одно – простое осознание того, что, какими бы ни были мотивы мужчины, который отчаянно целует меня, он в таком же положении, что и я. Беспомощный перед силой страсти. Ненасытный. Покорившийся этой странной судьбе, что свела нас этой ночью.

Мои пальцы пробегаются по его плечам. Сжимают. Растирают. Гладят. Выбивают ответный отклик горячего тела, наслаждаясь ощущением, как под гладкой кожей сокращаются мускулы.

Поддеваю край его футболки. Тяну вверх, невольно царапая кожу пресса. Он с готовностью помогает мне снимать одежду, открывая себя моему жадному взгляду.

Тусклое освещение играет бликами на его бронзовой коже, как кисть талантливого мастера обрисовывая идеальный торс. Развитые грудные мышцы, рельефные руки, подтянутый пресс. И темную поросль волос, уходящую под ремень брюк.

Я знаю, что, если прикоснуться, он будет горячим на ощупь и твердым как скала. Скала, о которую я готова разбиться.

Судорожный стон, грохочущее в груди сердце.

Хочется замедлить время, чтобы с чувством и расстановкой смаковать каждый миг. То, как жадно его пальцы впиваются в мою кожу, с каким голодным напором он пожирает мой рот и как царапает нежную кожу вокруг губ его щетина.

Ночь пахнет безумием. Чувствами, которые не должны были возникнуть ни при каких обстоятельствах. Ощущениями, которых потом будет отчаянно не хватать. Эмоциями, которые воспринимаются как чистый кайф. Это не волшебство – это похоть. Пусть так. Я это принимаю.

Сегодня я выходила из дома, чтобы отвлечься. А получила это. Я ничего не искала. Мне это было не нужно. Я просто хотела вернуться назад.

Где-то на задворках сознания звучит и умолкает предупреждающая сирена. Эмоций так много, что под их тяжестью качается пол и подгибаются колени.

Его брюки падают на пол рядом с моим платьем. Потемневшие глаза впиваются в мое покрасневшее лицо.

Вдох. Выдох. Касание. Рассыпающиеся белыми искрами сомнения.

Да, это не волшебство. Но когда он целует меня, гладит, прижимает к себе, как нечто дорогое и ценное, это все перестает иметь значение. Потому что, когда двое становятся одним, – может быть, в этом есть совсем немного древней, как сама жизнь, магии.

* * *

Я просыпаюсь одна на смятых простынях в давно остывшей постели. За окном занимается тусклый февральский рассвет. Все еще идет снег. В квартире тишина, а на тумбочке записка.

Когда будешь уходить, просто захлопни дверь.

С губ срывается печальный смешок. Я подтягиваю одеяло повыше, внезапно ощущая холод, ледяным дыханием сковывающий кости, плоть и эмоции.