Книга Найти и потерять, страница 38 – Джулия Вольмут

Не понимаю, как уговорил врачей не делать мне укол успокоительного. Джерад орал что-то, я попросил его уехать, сказал: «Справлюсь сам». Потом в коридоре я едва держался, чтобы не зайти в палату. Завтра журналисты с удовольствием напишут: почему вокалист Grape Dreams оказался в больнице? Плевать. Извини, Шон.

Из палаты вышел врач. Поправив очки, он устремился ко мне.

– Что с ней? – Халат слетел с плеч.

– Сотрясение мозга, мистер Рэтбоун. Небольшое. Мисс Тешер очень везучая: пара синяков и царапин, через неделю не вспомнит о случившемся.

– И… – Я замолчал.

Очевидно, что Адам собирался сделать… или сделал. Если сделал, то не знаю, как буду жить дальше – я отпустил ее, позволил уйти, я позволил этому случиться.

– Изнасилования не было, – понял врач. – То есть… не было доведено до конца.

Нащупав руками кресло, я рухнул в него и потер переносицу.

– Могу я забрать Аристель домой? Прямо сейчас?

Машинально достал бумажник. Не видел, сколько купюр отдал. Мне нужно, чтобы Ари была рядом. И надеюсь, ей тоже.

АРИ

Я очнулась в том же положении, в каком уснула днем ранее. Встреча с Адамом казалась ночным кошмаром, будто Стивен не напивался и не признавался мне в любви, а я не уходила и не была в смертельной опасности.

Почему-то я оказалась не в больнице, а в квартире Стивена. Я тщетно пыталась вспомнить. Звонок. Он ответил. Удар. Темнота. И глаза. Зеленые глаза! Они стали проводником и осветили тьму, едва не поглотившую меня.

– Как ты?

Стивен застыл на пороге спальни, подперев плечом дверной косяк. Только из душа: капли воды стекали с волос, оставляя на обнаженной груди сверкающие дорожки и разбиваясь о края полотенца. Аромат его геля для душа, моих духов с малиной… Все так привычно… и так больно.

Прокашлявшись, Стивен медленно подошел к кровати.

– Ари…

Я отчего-то испугалась. По рукам бежали неприятные мурашки-воспоминания. Кошмар не был сном. Синяки от грубых пальцев – немые свидетели. Проведя ладонью по волосам, я собрала их в неаккуратный пучок.

– Ари?

– Да? – приглушенно отозвалась я и отпустила волосы. Стивен присел на край, и я стерла капли воды с его щек: на их место с волос упали новые. – Что с Адамом?

– Жив. Меня заботит твое состояние.

– Думала, будет хуже, – призналась я. – Кажется, он ударил меня будильником… – Я машинально потерла голову. – Но, похоже, обошлось.

– Да, обошлось, – глухо повторил Рэтбоун.

Я потянулась к Стивену: неприятные воспоминания, будто чудовища, спрятались от света – его зеленых глаз. Стив улыбнулся, когда я подползла и села ему на колени. Крепко обнял, прижал к себе.

Увы, часть меня находилась в квартире Адама. Эта часть эгоистично понимала, что Стив чувствует вину за произошедшее. И теперь напоминая: «Меня могли изнасиловать, меня могли убить! Если бы ты меня не отпустил, я была бы в порядке», – я могла оставаться с ним рядом. Но я никогда не хотела, чтобы он любил меня из жалости. Манипуляции не несут счастья, как и фальшивые чувства. Поэтому я сказала то, что должна была сказать:

– Спасибо, Стив. Я ничего не помню. Мы пили в баре, потом Адам позвал меня домой, и, кажется, начал кричать, да? Я звонила тебе, потому что он не рассчитал силу и ударил меня о дверцу шкафа… Так?

Рэтбоун нахмурился и пару секунд изучал мое лицо. Сколько же во мне грязных тайн…