Книга Найти и потерять, страница 78 – Джулия Вольмут

Соф… Она казалась далеким видением и огромной ошибкой.

– Я нашел Ари. Но ты в курсе, верно?

И опять этот слабо заинтересованный взгляд. Где злорадство?

Джерад сел рядом, достал из кармана сигареты, вытащил одну зубами, а пачку кинул на столик. Туда же он положил длинные ноги в ботинках.

– Ты не рад за меня, да? Ты не хотел, чтобы я ее нашел.

– Просто… – Он зажал сигарету в пальцах и задумчиво добавил: – Мы-то думали, она в своей Польше живет и горя не знает…

– В России.

– Хоть в Китае! Она до сих пор помешана на тебе?

– Не думаю. Ари меня ненавидит.

– Все по Достоевскому! – ахнул Джерад и пафосно процитировал классику: – «…Влюбилась беззаветно, поверила безгранично и, я уверен, с ума сошла потом не оттого, что он ее разлюбил и бросил, а оттого, что в нем она обманулась, что он способен был ее обмануть и бросить; оттого, что ангел превратился в грязь, оплевал и унизил ее. Ее романтическая душа не выдержала этого превращения. А сверх того и обида: понимаешь, какая обида! В ужасе и, главное, в гордости она отшатнулась от него с безграничным презрением»[15]. И как прошло воссоединение?

– Никак, – отрезал я и взял со стола сигареты.

– Стоп. – Джер вырвал пачку из моих рук. – Рассказывай.

Слушая историю, он то приподнимал брови, то сводил их на переносице, а иногда добавлял крепкое словцо.

– Ее накрыл чертов бэд-трип. Если она…

– Что?

Я почесал подбородок, выигрывая время.

– Мне хватило Аарона.

Надеялся, этой фразы достаточно, чтобы закрыть тему, но Джерад пытливо смотрел. Он протянул мне пачку, а я взял сигарету и тихо сказал:

– Зависимость близкого человека – самое страшное, что может быть.

– А я думал, страшнее смерти нет ничего. – Он говорил спокойно, почти весело. Контраст смысла и тона похожи на эффект ледяного душа.

Представил, что потеряю Ари физически, навсегда, и сердце заболело.

– Так… – Джерад замолчал.

Я приготовился к очередной цитате, во время которой смогу и сигарету выкурить, и о планах на вечер подумать. Но Джер ограничился парой фраз:

– Она точно любит тебя! А ты можешь вытащить ее из болота!

Удивительно слышать подобное от Джерада Андерсона. Когда-нибудь я пойму, что у этого чудика в голове.

– Стив, ты говорил, как хорошо было бы попробовать с Ари снова через пару лет. И… ну… вот. – Джерад начал загибать пальцы: – Ты смог ее найти, значит, так надо. И если полоумная гадалка права, ты будешь идиотом, если сдашься. Ты сильнее меня веришь в судьбоносную херню.

Я пытался уловить логику: какой ему толк?

– Что? – смущенно переспросил Джерад. – Ты мой друг. Ты почти спился. Твои песни похожи на дерьмо. Не очень-то радостно.

Я хмыкнул:

– Надеюсь, она любит меня, и ты окажешься прав.

– Я всегда прав, – самодовольно ответил Андерсон.

Вот, знакомые черты!

Следующим днем я поехал в бар. Ари достойна счастья, со мной или нет – выбирать ей, но я сдержу обещание попытаться.

В Cotton Candy не было посетителей. Видимо, выходной. Но барная стойка не пустовала: две девицы пили коктейли.

Я прокашлялся. Одна из них, огненно-рыжая, нахмурилась и скривила рот с пирсингом над верхней губой. Она что-то сказала светловолосой подруге и направилась ко мне, постукивая каблуками.

– Чего тебе? – Скрестив руки на пышной груди, она нетерпеливо сощурила серые глаза.

– Ари тут? – спросил я, пытаясь не показывать, как мне неуютно под суровым взглядом девицы. – Ариэль, – уточнил я.