Онлайн книга «Обрести и сохранить»
|
– Черт побери, сука! Поток оранжевого огня обжег пальцы, и сигарета выпала, улетев за балкон. Я долго следил, как она исчезает в ночи. Глядел вниз с двадцать девятого этажа и не чувствовал страха. Представил, как мое тело будет лететь следом, и словил приступ смеха. Ха, когда-нибудь мы все умрем. Лоб будто сковал медный обруч, обожженный палец покрылся корочкой. Что мне делать? Я вернулся на кухню и стал искать в мини-баре что-то… что-то… Неужели так много пью? Бутылки звенели, падали, разбивались. Ни хрена себе! Я написал песню трезвым? Я БОГ! Я написал песню трезвым! Как раньше, когда она была рядом. С ней я лучше. С ней я лучшая версия себя. Я был с ней. Был! И я смеялся до сорванного горла. Разобью все бутылки? Разбужу Софи? Соседи вызовут полицию? Мне. Насрать!!! Я схватился за голову. Крутой, ага. Герой. Неудачник ты, Рэтбоун. Лучше Джерада? Не смеши. Ты – никто. Ничтожество. – Стивен? Что ты делаешь? Теплая ладонь на плече. Успокаивает, а я вновь обжегся. Штерн, ты – спичка. Сожгла все, когда я решил, что отличный способ отомстить Ари за наркотики – это приехать в Нью-Йорк. Ты испепелила все! И не знаешь об этом! ХА-ХА-ХА!!! – Я! В порядке! – Вязкая слюна мешала говорить. Я смотрел на Соф не моргая, пока не заслезились глаза. – Где мой «Джек»? Где выпивка? – Махал руками, ходил из стороны в сторону, пинал кафель и натыкался на пустоту – никакого разбитого стекла, никаких бутылок. – ГДЕ МОЙ АЛКОГОЛЬ? С-о-о-о-ф… – Стиви, ничего нет. Я упал на колени и заглянул в мини-бар. Не удержался от истеричного хохота. Бутылок не было. Не разбил ни одной, потому что выкинул их много месяцев назад. Но я видел их… Видел! Я… сошел с ума? Сиганул за балкон, и это мой ад? Не могу напиться, не могу уйти, не могу рассказать Софи правду, не могу увидеть Ари. – Извини меня, – пробормотал я и покинул кухню. Одеться очень трудно. Уже не смешно, но еще не страшно. Я ржал, когда пытался засунуть ноги в рукава рубашки. Если я умер, то предостерегаю всех самоубийц: ад – это не светские беседы с дьяволом. – Да? – Ари. Я на остановке. Следующая после той, где студия звукозаписи. – Что с голосом? Физически ощутил, как она хмурится. И зевает, сонная. – Не знаю, ничего не знаю… – Прислонился затылком к стене остановки, пытаясь унять бетономешалку в голове. На улице легче. Нет безумных мыслей, но есть ощущение, что меня пожевали, выплюнули и раздавили ботинком. – Приезжай, Ари, пожалуйста. Сбросила. Гудки. Не оставляй меня… – Стивен! Стивен Рэтбоун, очнись! – М… Голова трещала, ноги ватные. Через секунду я, нагнувшись, блевал на асфальт. Прополоскало и отпустило. Опираясь о скамью, я привстал и огляделся: мы сидели на остановке, я вытирал рукавом куртки рвоту с губ, а встревоженная Ари глядела себе под ноги – чудом не задел ее белые кеды. Я придурок. Ари очень красивая. – Что произошло? Я ожидал услышать эту фразу от Аристель, но вопрос задал я. Как же трещит голова! Я сел прямо и, взлохматив волосы, уставился на Ари, надеясь, что она знает о моем состоянии. Потому что я не понимал ничего. – Ты не в курсе, правда? – Ее лицо отливало синевой из-за подцветки остановки. Одета неряшливо – видно, собиралась впопыхах. Джинсовые шорты, свитер, кеды на босую ногу. Ни грамма косметики. Прелесть. – Вот, – она помахала перед моим носом пакетиком, размер которого не превышал чайный, – говорит, что я наркоманка. Пф, – добавила с обидой. |